Навстречу шел Томми. Заметив Оскара, он остановился.

— Здоров!

— Привет.

— Че делаешь?

— Да вот разнес рекламу, а теперь... не знаю.

— И что, приличный заработок?

— Ну, так. Крон семьдесят-восемьдесят. За раз.

Томми кивнул.

— Хочешь купить плеер?

— Не знаю. А что за плеер?

— «Сони Уокмэн». Пятьдесят крон.

— Новый?

— Ага. В упаковке. С наушниками. Пятьдесят крон.

— У меня денег нет.

— Ты же только что сказал, что заработал семьдесят-восемьдесят крон?

— Ну да, но нам зарплату только раз в месяц выдают. Через неделю будут.

— Ладно. Короче, давай так: я тебе его сейчас отдам, а ты мне потом деньги вернешь, идет?

— Ага.

— Ладно, тогда подожди меня там, я сейчас. — Томми мотнул головой в сторону детской площадки.

Оскар послушно двинулся туда и сел на скамейку. Потом встал и подошел к горке, огляделся по сторонам. Девочки не было видно. Он поспешно вернулся к скамейке и сел, будто сделал что-то запретное.

Вскоре появился Томми и протянул ему упаковку:

— Пятьдесят крон через неделю, о'кей?

— Угу.

— Ты что вообще слушаешь?

— Kiss.

— И какие у тебя альбомы?

— «Alive».

— А «Destroyer» у тебя нет? Хочешь, возьми у меня, перепиши.

— Ага, спасибо!

У Оскара был двойной альбом «Alive», купленный несколько месяцев назад, который он так и не успел послушать. Только разглядывал фотографии на конверте. Музыканты выглядели, конечно, круто с этими своими размалеванными лицами. Прямо ожившие персонажи из ужастиков. Песня «Beth» в исполнении Питера Крисса ему еще нравилась, а остальные казались какими-то слишком... там и мелодии-то толком не было. Может, «Destroyer» окажется лучше.

Томми встал, собираясь уходить. Оскар прижал коробку с плеером к груди.

— Томми?

— Что?

— Тот парень... Ну, которого убили. Ты не знаешь, как его убили?

— Знаю. Подвесили на дереве и перерезали горло.

— А его случайно... не закололи? В смысле, на теле не было ножевых ран?

— Не-а, только горло. Вжик — и все.

— Ну ладно.

— Больше вопросов нет?

— Нет.

— Тогда пока.

— Ага.

Оскар еще немного посидел на скамейке в задумчивости. На темно-фиолетовом небе ярко горела первая звезда — или это была Венера? Он встал и вошел в подъезд, чтобы спрятать плеер до прихода мамы.

Вечером ему предстояло увидеться с девочкой. Он заберет у нее кубик Рубика. Жалюзи были по-прежнему опущены. Да живет она там или нет?! Чем они занимаются целыми днями? У нее вообще есть друзья?

Вряд ли.

— Сегодня...

— Что это с тобой?

— Помылась.

— Что-то я раньше этого за тобой не замечал.

— Хокан, сегодня вечером ты должен...

— Я сказал — нет.

— Ну пожалуйста?..

— Дело не в этом... Все что угодно, только скажи. Я все сделаю. Да возьми ты мою, господи! На, держи нож. Нет? Ну ладно, тогда я сам...

— Прекрати!

— Почему? Уж лучше так. С чего это ты вдруг помылась? От тебя же пахнет... мылом.

— Ну что ты хочешь, чтобы я сделала?

— Я не могу!

— Ладно, значит — не можешь.

— Что ты будешь делать?

— Пойду сама.

— И для этого обязательно нужно мыться?

— Хокан.

— Я все что угодно для тебя готов сделать. Что угодно, только не это, я...

— Да знаю, знаю. Все нормально.

— Прости меня.

— Хорошо.

— Будь осторожна. Я... Короче, будь осторожна.

Куала-Лумпур, Пномпень, Меконг, Рангун, Чунцин...

Оскар посмотрел на контурную карту — домашнее задание на выходные. Географические названия ни о чем ему не говорили, казались просто случайными сочетаниями слогов. Он даже испытывал некоторое удовлетворение, сверяясь с атласом и убеждаясь, что на местах, отмеченных точками на карте, и правда существуют города и реки.

Ему предстояло выучить все наизусть, чтобы мама могла его проверить. Надо было перечислить точки на карте, произнося незнакомые слова — Чунцин, Пномпень. И мама, разумеется, впечатлится. Да и в самих этих странных названиях далеких городов таилось что-то притягательное, но...

Зачем?

В четвертом классе они проходили географию Швеции. Он тогда тоже выучил все наизусть. У него это хорошо получалось. А теперь?

Он попытался вызвать в памяти название хоть одной шведской реки.