Шрифт:
Ректор изо всех сил попытался быть деликатным:
— Мы еще не знаем всех подробностей… Однако полиция Перу считает, что это было самоубийство…
В одно мгновение состояние Кэтрин переменилось — от шока к неверию. Она резко выпрямилась на стуле:
— Нет! Быть того не может! Это какая-то ошибка.
Ректор поднялся и обошел стол. Не зная, что еще придумать, он наполнил стакан водой и понес его Кэтрин.
— Моя дорогая, мне так жаль… Полиция держит все под контролем… Попытайтесь все же хоть немножко успокоиться.
Кэтрин покачала головой. Когда ректор подошел, она подняла на него глаза:
— У профессора Кента никого не было. Его единственная сестра умерла три года назад. Некому даже рассказать о его смерти, некому позаботиться о похоронах. Какой ужас… Но я хочу знать все. Ручаюсь, здесь какая-то ошибка. Профессор просто не мог покончить с собой… Я хочу сама поговорить с полицией.
Ректор мягко улыбнулся ей:
— Кэтрин, милая, я понимаю вас. Но давайте дождемся полного отчета из Перу. Уверен, представитель британской полиции в Лиме держит все под контролем. Если пожелаете, как только рапорт будет готов, я поеду в полицию вместе с вами. Много сегодня сделать не успею, днем у меня несколько важных встреч, отменить которые я уже не в силах — как бы ни хотел…
На лице Кэтрин мелькнуло выражение решимости.
— Нет, не стоит. Я понимаю. Спасибо, что рассказали мне все и сразу. Вы правильно поступили. Я должна думать, что все делается правильно. Он был моим самым близким другом, по крайней мере в этой стране. Вы же знаете, что… Я сейчас поеду домой, мне надо решить, что предпринять…
— Да, конечно, милая. Ужасный день. Просто ужасный… Профессор Кент был блестящим ученым и, что более важно, прекрасной души человеком. Всем сердцем вам сочувствую…
Кэтрин поднялась со стула, взяла свой портфель и пошла к выходу. Когда ее пальцы коснулись ручки двери, ректор вновь заговорил:
— И последнее…
Она повернулась и взглянула на него. Ей показалось, что интонация его голоса чуточку изменилась… Хотя, возможно, она была слишком расстроена.
— Когда вы в последний раз виделись с профессором — не говорил ли он вам что-нибудь? Или, может быть, передавал?
Где-то глубоко в подсознании Кэтрин ворохнулась тревога:
— Простите, ректор, что конкретно вы имеете в виду?
Старик смотрел ей прямо в глаза.
— Ну, может, говорил что-то о том, над чем он работал, или же передал вам какой-либо материал? Я мог бы рассказать об этом полиции… Возможно, это помогло бы поискам.
Не теряя самообладания, Кэтрин выдержала прямой взгляд ректора:
— Нет. Ничего такого… Последний раз я видела профессора десять дней назад, мы с ним пили чай на его ферме в Котсволде. Никаких подарков или чего-то подобного. И могу вас заверить, он, как и всегда, был в отличном настроении.
Когда Кэтрин открыла дверь и ступила за порог, она услышала за спиной голос ректора:
— Что творится — просто ужас какой-то…
Кэтрин решительно закрыла дверь. Сердце бешено колотилось. Убедившись, что в коридоре ни души, она открыла портфель: письмо из Перу было все еще там.
3
Кэтрин сразу же пошла на квартиру профессора Кента при колледже. У нее был свой ключ — она часто пользовалась кабинетом и богатой библиотекой профессора, когда тот бывал в отъезде. В действительности, даже будучи в Англии, он предпочитал работать в своем доме на уединенной ферме в Оксфордшире, считая его идеальным местом для своих исследований. Дом этот был милым классическим зданием Котсволда — с живописным садом, окруженным каменными стенами сухой кладки, за которыми, покрытые полями, разбегались вдаль пологие холмы. Сколько счастливых часов провела она там, и вот, думала Кэтрин, дом стоит пустой и уже не встретит своего хозяина никогда.
Выйдя на двор, Кэтрин направилась к средневековой галерее, выходящей к лестнице у квартиры профессора. Пока она обходила квадратную травяную лужайку, вновь нахлынули воспоминания. Трагические новости были просто невыносимыми…
— Могу ли чем-то помочь, голубушка?
Это был голос привратника колледжа. Кэтрин почувствовала заботливое прикосновение руки к своему плечу и, очнувшись, увидела, что стоит во дворе, а по щекам катятся слезы.
— Простите, Фред. Просто немного расстроена. — Она попыталась улыбнуться и вытереть слезы.
— Может, вам принести что-нибудь?
— Нет, Фред, спасибо, простите, я… Сейчас все пройдет… Я просто поднимусь к профессору и немного там посижу.
Минутой позже Кэтрин вошла в полную книг профессорскую квартиру. В растерянности, не зная, чем заняться, она опустилась в свое любимое кресло у камина и попыталась осмыслить происходящее. Вот сидит она в тиши и покое уютного оксфордского кабинета профессора, в то время как в тысячах миль отсюда, где-то в горах, его постигла ужасная смерть… Это никак не могло быть самоубийством… О чем они вообще твердят?.. Да это даже вообразить страшно… Чушь, чушь… Мысли ее метались, и она все силилась вспомнить: когда они виделись в последний раз, могло ли что-то в его словах дать намек на случившееся впоследствии.