Перс снял с двери цепочку.

— А Питер знает, чем ты зарабатываешь на жизнь? — спросил он. — Я как-то видел твои фотографии в Амстердаме. И в Лондоне.

— Я с этим покончила, — сказала Лили. — Решила возобновить учебу. Я поступила в Колумбийский университет и теперь живу в Нью-Йорке.

— Скажи, когда ты работала в агентстве «Девушки без границ», — спросил Перс, — тебе не встречалась девушка по имени Бернадетта? Ее сценический псевдоним — Марлен.

С минуту подумав, Лили покачала головой.

— Нет. Это очень большая организация.

— Если она тебе случайно попадется, попроси ее, чтобы она связалась со мной.

Съехав на лифте на девятый этаж, Перс разыскал номер 956. В комнате на кровати сидел Моррис Цапп, грыз орешки, отхлебывал виски и смотрел телевизор.

— Привет, Персик, заходи! — сказал он. — Готов?

— Я бы принял душ, — сказал Перс. — Можно мне воспользоваться вашей ванной?

— Конечно, но сейчас там занято. Посиди пока, выпей чего-нибудь. Да, мудреный вопрос ты нам сегодня задал!

— У меня и в мыслях не было ставить вас в трудное положение, — сказал Перс извиняющимся тоном и налил себе виски. — Сказать по правде, я и сам не знаю, что на меня нашло.

— Ну, ты не переживай. Похоже, Артура Кингфишера совсем не интересовало, о чем я говорю.

— Вас это огорчило? — Перс сел на стул, откуда ему краем глаза был виден телевизионный экран: на нем двое молодых обнаженных людей — точь — в-точь он и Лили — катаясь по постели, исступленно занимались любовью.

— Не-а. Я, знаешь ли, расстался с некоторыми амбициями. С тех пор как я побывал в заложниках, мне стала дорога жизнь как она есть. — Изображение на экране неожиданно сменилось надписью: «Чтобы продолжить просмотр фильма, наберите цифру 3». За любовной сценой последовал эпизод из ковбойского боевика. — Они бесплатно показывают пятиминутный ролик, чтобы заинтересовать зрителя пояснил Моррис. — А если хочешь увидеть фильм целиком, то нужно позвонить, и они за деньги подключат канал к твоему телевизору.

— Все отпускается в розлив, — покачав головой, сказал Перс. — О, прекрасный новый мир! [74]

— Да, в этом городе все можно получить по телефону — китайскую еду, массаж, урок йоги, сеанс акупунктуры. Можно даже послушать непристойности — тариф поминутный, оплата кредитной карточкой. Однако если ты увлекаешься деконструктивизмом, то можешь смотреть подряд бесплатные рекламные ролики как авангардистский фильм. Что касается меня, — заметил он, — то я больше не верю в деконструкцию. Что и постарался показать в своем докладе.

— Значит, каждое декодирование — уже не есть новое кодирование?

— Да нет, это по-прежнему верно. Но отсрочивание в раскрытии смысла не может быть бесконечным, если речь идет о конкретном человеке.

— А мне казалось, что деконструктивисты не принимают в расчет конкретного человека.

— Это так. Однако смерть — это единственное понятие, которое невозможно подвергнуть деконструкции. Исходя из этого, мы придем к старой доброй идее индивидуального человеческого я. Я могу умереть, следовательно, я существую. Я это очень хорошо понял, когда меня пытались подвергнуть деконструкции радикалы-макаронники.

Дверь ванной комнаты распахнулась, и оттуда в облаке душистого пара вышла завернутая в полотенце дама.

— Ой! — воскликнула она, увидев Перса.

— Добрый вечер, миссис Рингбаум, — сказал он, вставая со стула.

— Мы с вами знакомы?

— Мы были вместе на пароходе «Аннабель Ли», где вручали литературные премии.

— Я мало что запомнила из того вечера, — сказала миссис Рингбаум. — Помню только, что Говард подрался с Рональдом Фробишером, а потом пароход поплыл по Темзе.

— Кстати, это Рональд Фробишер отправил его в плавание, — сказал Перс

— Правда? Я сегодня расспрошу его об этом!

— Рональд Фробишер тоже здесь? — удивленно воскликнул Перс

— Все, все здесь! — сказал Моррис Цапп. — Все кого ты знаешь. — Он теперь смотрел по телевизору боксерский матч.

— Все кроме Говарда, — сказала Тельма, скрывшись по пояс в шкафу. — Говард сидит в Иллинойсе: ему пожизненно запретили пользоваться авиационным транспортом, потому что во время полета он пытался склонить стюардессу к занятию сексом.

— Печально, — сказал Перс

— А мне все равно, — хихикнула Тельма. — Я ушла от этого козла и теперь понимаю, что совершила лучший в своей жизни поступок. — Она вынула из шкафа короткое черное платье и приложила к себе, став перед зеркалом. — Милый, мне это идет?

— Очень, — сказал Моррис, не отрывая глаз от экрана телевизора. — Ты в нем просто неотразима.

— Мне в ванной переодеться или молодой человек догадается подождать в коридоре?

— Персик, иди принимай душ, пока Тельма одевается, — сказал Моррис. — Если хочешь побриться, возьми мою электробритву. Кстати, если твою католическую совесть смущает происходящее в этой комнате, то хочу тебе сказать, что мы с Тельмой думаем пожениться.