За какой-нибудь год он превратится в богатейшего из ныне живущих кохов!

Он бросил взгляд на звездную карту, где были отмечены находившиеся в зоне бедствия миры. Всего три из них входили в сферу его влияния. Большинство же принадлежало ранее Корбину, а теперь - Элдину и Букхе Тагу. Все прочие распределялись между мелкими корпорациями или были независимыми планетами, где сосредоточивались крупные банковские, юридические или административные центры. А кому, скажите на милость, придет в голову лить слезы о политиках и банкирах?

Он снова развалился в кресле и вздохнул. Дружба дружбой, а денежки, как говорится, все-таки врозь.

Обладай червоточина сознанием, она знала бы, что звездная масса на ее противоположном конце уже перевалила тот уровень, за которым вспышка Сверхновой становится неизбежностью. От взрыва ее удерживали пока лишь мощные внутренние слои нагретого до полумиллиарда градусов водорода, служившего топливом для непрерывной термоядерной реакции такой высокой интенсивности, что внешняя оболочка звезды удерживалась от коллапса и после перехода критического рубежа.

Члены экзотической секты стали свидетелями последних минут жизни своего солнца. С его исчезновением распались гравитационные связи между светилом и окружавшими его планетами. Курортный мир гаварниан с крошечной горсткой оставшихся в живых наблюдателей устремился в глубины космоса. Толпа дружно ахнула от ощутимого толчка, хотя само солнце еще сияло на горизонте. Строго говоря, его уже не было, но свет распространяется в вакууме с ограниченной скоростью, и для зрителей оно погаснет лишь через шесть с половиной минут.

Поэтому многим из сектантов казалось, что спектакль продолжается, хотя на самом деле он уже закончился. Они еще не знали, что получили возможность досмотреть его благодаря присутствию в той же системе газового гиганта, обладавшего большей массой, чем их планета. Червоточина затратила на него приблизительно столько же времени, сколько требуется свету для прохождения расстояния от солнца до его обитаемого сателлита. В результате, когда жгут червоточины зацепил планету, в небесах еще что-то светилось. Толпа пришла в негодование - ведь их духовный наставник обещал, что все обретут абсолютное знание и полное освобождение, как только окружающий мир погрузится во тьму. И вот тьма пришла, но желанное просветление не наступило. Вместо просветления в твердь планеты проник ненасытный жгут, добрался до ядра и за секунду-другую высосал столько материи, что начался коллапс верхних слоев оболочки.

Кое-кто успел сообразить, что события развиваются не совсем в соответствии с радужными прогнозами гуру, а некоторые начали даже подумывать о выходе из секты и о востребовании сделанных вкладов. Однако никому из них не удалось додумать до конца эту благую мысль. В следующее мгновение тела легковерных распались на атомы и превратились в составную часть потока транспортируемой материи.

Сожрав планету вместе с сектантами, червоточина приступила к поиску следующей жертвы. Сначала ее анализаторы нащупали соседнюю звезду, также М-класса, но несколько дальше находился более мощный источник гравитации - выгоревший дотла черный карлик, почти целиком состоявший из сверхплотного железа массой в триллионы тонн.

Рабочий конец червоточины вновь совершил сверхсветовой прыжок, на этот раз направляясь не к центру галактики, а в противоположном направлении, ближе к месту своего возникновения. Прошло не больше тридцати секунд, а он уже впился в чрево черного карлика и судорожно задергался, высасывая первые миллиарды тонн спрессованного под чудовищным давлением металла. Первые порции вещества угасшей звезды начали поступать в термоядерную топку на другом конце червоточины. Любой другой элемент, стоящий в таблице Менделеева выше железа, послужил бы лишь дополнительным топливом. Любой, только не этот. Нельзя сказать, что железо прежде не попадало в недра новой звезды, но то были сравнительно небольшие дозы, захваченные при поглощении планет и астероидов. Эти редкие вливания железа производили кратковременный эффект торможения ядерной реакции, но лишь на очень ограниченном участке. Как только железо переставало поступать, его сменял другой элемент, и реакция вспыхивала снова.

Сейчас, однако, вслед за железом в топку вливалось только железо, и ничего, кроме железа. Десятки миллиардов тонн железа в секунду создавали в недрах звезды эффект, аналогичный вливанию струи ледяной воды в цилиндр с перегретым паром. Ядерная пульсация в сердце располневшего гиганта стала ощутимо замедляться. Это привело к нарушению баланса между гравитацией и центробежными силами. Внешние слои оболочки начали сворачиваться. То были лишь первые признаки коллапса, но ничто уже не могло остановить процесс возникновения Сверхновой, в чудовищном горниле которой должны были сгореть сотни близлежащих миров.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

– А я тебе говорю, застрянем мы без топлива где-нибудь у черта на рогах за световые годы до ближайшего гипертуннеля!
– горячился Зергх.
– Мы и так без пополнения запасов посетили Млечный Путь, потом Сферу, а сейчас уже проскочили половину Облака. Простая арифметика, дружище. Либо мы сворачиваем для заправки на планету ксарнов после выхода из следующего колодца, либо рискуем не добраться до места назначения.