Сердце Лиджены учащенно забилось. Несомненно, несомненно, так оно и есть! Конечно, незнакомец прибыл в Бодей тайно — вот почему Амрик до сих пор не представил Лиджену гостю как подобает. И наверняка поэтому из дома удалены все слуги! Для краткой поездки в Айодхью их не рассчитывают.

Ее улыбка становилась все шире. То-то папа удивится, узнав, что мой Армик ведет дела с королями и принцами крови! Амрик, дорогой мой, ты просто чудо! Представь: предприятие увенчалось успехом. И я — я, Лиджена, уже не просто Лиджена, а… раджасса Лиджена! Или… или даже… страшно подумать… Магараджа Лиджена раджстана Тохон!

Начала кружиться голова. Что это? От радости? Или она уже опьянела? Но она же выпила совсем чуть-чуть! И что за странный озноб? Комната как будто плывет перед глазами…

— Тебе нехорошо, дорогая? — участливо спросил Амрик.

— Д-да… Амрик, милый, извини… я хотела бы подняться к себе… и прилечь…

Мужчины пристально уставились на нее.

— Ну что ж, если прекрасная Лиджена хочет нас покинуть — как бы это ни было печально, нам остается только смириться, — развел руками незнакомец.

Лиджена кивнула с застывшей улыбкой и попыталась встать. Голова кружилась с каждым мигом все сильнее и сильнее; а вдобавок девушке отказались повиноваться ноги. Она не смогла подняться.

— Амрик… — Язык шевелился еле-еле. — Помоги мне, Амрик…

— Ну что, Нелек, по-моему, все в порядке? — неожиданно произнес Амрик, поворачиваясь к своему гостю.

Лиджена попыталась понять, что происходит — безуспешно. Мысли окутывал плотный густой кисель. Веки вдруг стали непомерно тяжелыми, словно к каждой было привешено по гире.

— Нелек?.. — прошептала она непокорными губами.

— Дорогая моя, это одно из моих имен. Есть и другие — маг Пелий, например; но куда больше людей в Бодее знают меня под именем Нелека Кахала.

— И не только в Бодее, а и в Айодхье и по всей Вендии! — добавил Амрик со льстивой улыбкой.

Лиджена выпрямилась, собрав последние силы. Она слыхала это имя — Нелек Кахал! Да, несомненно, она его слышала — когда-то давным-давно, в несказанно далекой стране.

А потом осознание внезапно обрушилось на нее, словно штормовая волна на песчаный берег.

— Нелек Кахал, работорговец!

— Это одна из моих профессий. И я не без оснований считаюсь самым лучшим в нашей гильдии, — самодовольно заявил гость Амрика. — А кроме того, мне помогают многие достойнейшие люди — как наш любезный хозяин, Амрик Тохон, в частности.

— Амрик… — Язык окончательно отказался повиноваться. Как и все остальное тело тоже. Лиджена сидела, не в силах пошевелиться. Ее охватывал ужас, стремительно пробиваясь сквозь липкую завесу сонливости и забвения. Тело окончательно вышло из повиновения. Она едва-едва могла моргать.

— Не надо сопротивляться, дорогая, — заметил Амрик, пристально наблюдавший за ней. — Снадобье, которое я дал тебе, очень сильно. А почтеннейший Пелий — он же Нелек Кахал — прибавил еще и своего чародейства…

— Ты полностью парализована, красавица, — подхватил маг-работорговец. — Так мне будет гораздо проще вывести тебя из города. Эти жрецы Индры… порой на них не действуют никакие аргументы.

Тохон вновь с готовностью захихикал.

— Амрик… почему?.. — Слова сами собой сорвались с ее губ. — Я… люблю… тебя… И… думала… что ты… меня… тоже…

— Глупая! — снисходительно улыбнулся Тохон. — Конечно же, я люблю тебя. Просто деньги я люблю еще больше. А тут сложились такие обстоятельства… Жрецы нашего всемогущего Индры принуждают меня покинуть город. Мы… кое-что не поделили, и я понес некоторые убытки. Уплаченная мне Нелек Кахалом цена за тебя позволит смягчить удар и начать все сызнова где-нибудь в другом месте — скажем, в Айодхье.

Наступило молчание. Из аквамариновых глаз Лиджены медленно лились слезы. Она уже не могла ни закричать, ни убежать, ни даже зарыдать в полный голос — тело стало совершенно чужим.

— Амрик, подгони мой экипаж к черному входу, — распорядился Нелек Кахал. — Мне пора трогаться. Галера вот-вот снимется с якоря.

— Да, конечно, — Амрик с готовностью вскочил, словно слуга.

Веки Лиджены смыкались, наваливалось сонное беспамятство. Однако последним усилием воли, прежде чем окончательно потерять сознание, она внесла в свой черный список еще двоих — Нелека Кахала и Амрика Тохона, поместив их вместе с императором Веледом (владыка воров был уже мертв, но девушка о том не знала) и — открывающим список ожидающих возмездия — Конаном-киммерийцем.