Удар, еще удар, новая атака… Все они приходились в пустоту. Надолго ли тебя хватит, ехидно подумала Лин. Уворачиваться много сил не надо, а вот железяка твоя тяжелая-а! Кайша, уже запыхавшись, начала раскручивать меч над головой. Не очень быстро, ей все еще далеко до тех же троллей, чьим излюбленным оружием и являются подобные мечи. Превратившееся в почти ровный сияющий круг лезвие неотвратимо (на взгляд четвертьорки) начало опускаться вниз, на задумавшуюся девушку. А не попробовать ли?..

Вместо очередного рывка в сторону Лина бросилась вперед, под делающее очередной круг лезвие. Правое колено хрупнуло, принимая на себя вес девушки, и резко вскинутая левая рука приняла на себя несущийся по инерции клинок Кайши. Тьма! Рука сразу онемела едва ли не до плеча. А степнячка, удивленно вскрикнув, пытается удержать меч, отскочивший с громкий лязгом от прикрывшего локоть ведьмочки кинжала. Одновременно чиркнув «морским змеем» снизу вверх по кожаной жилетке противницы, Лина плотно уперла его затупившийся кончик под левую ключицу Кайши.

– Ххха!

Поединок окончен.

– Чего-чего? – громко, невежливо и абсолютно не к месту спросил ошарашенный Тьеор, которого последние слова Повелителя выдернули из ободряющих мечтаний о бескрайних степях, уже завтра ожидающих его появления.

До сего момента он просто стоял навытяжку в личном кабинете правителя, дающего непонятные, но, вероятно, совершенно необходимые указания, согласно кивая головой в требуемых местах.

Повелитель, пройдясь от одной стены к другой, терпеливо повторил:

– Ваша помолвка с наследницей состоится следующим летом. Точную дату я назначу позже,– и пристально так глянул в лицо сглотнувшего эльфа, разом отметая застрявшие в его горле возражения.

– Н-но… – Поочередно взглянув с тоской на голые серые стены, вымощенный белым мрамором пол, золотистый витраж, занимающий половину стены, Тьеор остановил взгляд на Повелителе.

Тот был совершенно серьезен. С виду, во всяком случае. Но алхимик мог бы поклясться, что в душе Черного Дракона царит если не веселье, то уж тихая, с примесью едкой издевки, радость.

И не поспоришь, и не откажешься… если жить хочешь. Вон как он одну бровь приподнял, демонстрируя угрожающее недоумение в связи с отсутствием подобающей реакции. Благодарной…

– Я искренне признателен вам, мой Повелитель, за оказанную мне честь,– собравшись с духом, начал Тьеор, опустившись на колено перед терпеливо ожидающим его ответа Повелителем.– Но считаете ли вы меня достойным руки вашей дочери? Есть множество более… подходящих кандидатур.

– Более чем,– непонятно заметил Повелитель.– Встань!

Тьеор послушно поднялся, отводя глаза от невозмутимого лица своего… мучителя.

– Дозволено ли мне покинуть город?

– Разумеется…

Алхимик развернулся, неторопливо направился к выходу и замер, будто натолкнувшись на стену, когда услышал окончание фразы:

– И не дергайтесь, Солер’Ниан, свадьба состоится не раньше, чем наследница закончит обучение.

Тьма, Бездна и все ее демоны! Выскочив за дверь, алхимик полубезумным взглядом обвел светлое, с розово-золотистым полом помещение приемной. Стражи отшатнулись, когда он, не помня себя от злости, помчался к телепортам.

А ты еще интересовался, зачем получил официальную аудиенцию, лиссэ! Лисса эш эрргхорр! [17] Узнал? Радуйся! Особенно в свете милой традиции раннего вдовства в семействе Черных Драконов. Дольше пятидесяти лет не продержалась ни одна супруга, Рьеллан – исключение, обусловленное одними лишь дипломатическими причинами. А прочие рано или поздно либо бесследно исчезали, либо гибли от рук недоброжелателей… или мужей. Мило… и так греет душу! Вряд ли что-то изменится в связи с тем, что ныне имеется в Тирите наследница, а не наследник.

И от плотного кокона интриг теперь не скроешься и за Южным форпостом! Ненавижу!

Все встречные дроу торопились уступить ему дорогу. Попасть под горячую руку темному, желающему выместить на ком-нибудь клокочущее внутри бешенство, не улыбалось никому. Будь ты хоть сам Основатель… хоронить будет нечего.

В зале телепортов Тьеор наткнулся на некое препятствие, не пожелавшее убраться с его дороги. Сфокусировав взгляд, он обнаружил перед собой причину своих неприятностей. Вызывающе подбоченившись, ее высочество наследница пылала праведным негодованием по поводу отдавленной ноги.