Эрик уже просто терся щекой об мою щеку. Он наслаждался прикосновением, как кот.

— Эрик. — Он незаметно для себя рассказал мне больше, чем знал сам.

— М-гм?

— Нет, правда, что сделает с тобой королева, если ты не представишь ей Билла ко дню сдачи проекта?

Этим вопросом я достигла нужного результата. Эрик отпрянул и уставился на меня глазами более синими, чем мои, и более холодными, чем арктическая пустыня.

— Сьюки, ты просто не хочешь понять, — сказал он. — Достаточно представить ей саму работу. А присутствие Билла — это уже сверх ожидания.

Мой ответный взгляд был не менее холодным: — А что получу я, если сделаю это для тебя?

Эрику удалось изобразить и удивление, и удовольствие:

— Если бы Пэм не намекнула тебе о Билле, тебе хватило бы его благополучного возвращения, и ты бы прыгала от радости, что получила возможность помочь, — напомнил он мне.

— Но теперь-то я знаю о Лорене.

— И, зная о ней, ты согласна выполнить нашу просьбу?

— Да, при одном условии.

— Каком? — насторожился Эрик.

— Если со мной что-то случится, хочу, чтобы ты ее похитил.

Он целую секунду молча пялился на меня, потом разразился хохотом:

— Мне пришлось бы заплатить огромный штраф, — сказал он, отсмеявшись. — И еще сначала это надо осуществить. Легче сказать, чем сделать. Ей триста лет.

— Но ведь ты мне говорил, что с тобой случится нечто ужасное, если ситуация не разрешится, — напомнила я.

— Верно.

— Ты же сам говорил, что для этого дела я ужас как необходима тебе.

— Верно.

— Вот я и прошу отплатить мне.

— Из тебя мог бы выйти приличный вампир, Сьюки, — подвел итог Эрик. — Ладно. Договорились. Если с тобой что-то случится, она никогда больше не будет трахать Билла.

— При чем тут это?

— Ни при чем? — спросил Эрик со вполне понятным скептицизмом.

— Дело в том, что она его предала.

Я встретилась взглядом с жесткими синими глазами Эрика:

— Скажи-ка мне, Сьюки, попросила бы ты меня об этом, будь она человеком?

Его широкий тонкогубый рот, обычно улыбающийся, превратился в строгую прямую линию.

— Будь она человеком, я бы сама с ней разобралась, — я встала, чтобы проводить его к выходу.

После отъезда Эрика я прислонилась к двери и прижалась к ней щекой. Разговаривая с Эриком — отдавала ли я себе отчет в том, что говорю? Я давно размышляла, цивилизованная ли я женщина, хотя стремилась стать таковой. Но я знала, что в тот момент, когда произнесла эти слова, — про то, что сама бы разобралась с Лореной, — я именно разборку и имела в виду. У меня в душе было что-то первобытное, но я всегда умела себя контролировать. Не для того бабушка растила меня, чтобы я стала убийцей.

Бредя тяжелыми шагами через холл в спальню, я осознала, что в последнее время все чаще позволяю себе распускаться — проявляю свой темперамент. Особенно с тех пор, как стала общаться с вампирами.

Просто не понятно, откуда во мне такое. Ведь они держат себя в руках, прилагая огромные усилия. Я-то почему распускаюсь?

Но на сегодня хватит рефлексии.

Надо думать о завтрашнем дне.

Поскольку по всему выходило, что мне предстоит отъезд из города, надо было провернуть стирку и выбросить остатки продуктов из холодильника. Предыдущий день и ночь я провалялась в постели, так что спать особо не хотелось, и я вытащила чемодан, достала из него какие-то шмотки и бросила их в стиральную машину, стоявшую на промерзшем заднем крыльце. Я больше не хотела размышлять о своем характере. Мне и без того было о чем подумать.

Эрик, чтобы заставить меня выполнить его желание, выбрал удобный метод — называется «добровольно принудительно». Забросал меня множеством убедительных доводов, по которым я должна поступить согласно его воле: угрозы, унижение, сексуальный соблазн, просьба вернуть Билла, просьба сохранить ему (и Пэм, и Чоу) жизнь и — или благополучие, причем ни слова не сказано было о моем здоровье. «У меня могла возникнуть необходимость подвергнуть тебя пыткам, но я хочу секса с тобой; мне нужен Билл, но я зол на него из-за его обмана; я хочу сохранить мир с Расселом Эджингтоном, но мне необходимо вернуть Билла; Билл мой подчиненный, но втайне от меня работает на моего босса».

Проклятые вампиры. Теперь вам понятно, почему я так рада, что их обаяние на меня не действует? Это одно из немногих достоинств моего умения читать чужие мысли. К сожалению, такие люди, как я, — с отклонениями в психике — очень привлекают вампиров.

Конечно, я, когда увлеклась Биллом, не могла всего этого предвидеть. Билл мне стал необходим, почти как вода, и не только из-за моих глубоких чувств к нему, и не из-за большого физического удовольствия, которое я получаю от секса с ним. Билл — моя единственная гарантия, что ко мне против моей воли не пристанет никакой другой вампир.

Несколько раз загрузив стиральную машину и сушилку, я сложила вещи и почувствовала большое облегчение. Я собрала почти весь багаж, бросила в чемодан пару романов и детектив, на случай, если выпадет время почитать. Я самоучка — получила образование, читая книги разных литературных жанров.

Я потянулась и зевнула. На душе всегда становится спокойно, когда составлен план действий. Оказывается, неспокойный сон в последний день и ночь не настолько освежил меня, как я считала. Может, удастся сегодня быстро заснуть.