— Теперь я буду задавать вопросы, а ты будешь отвечать. И от этого будет зависеть, уйдешь ли ты отсюда живым или останешься здесь гнить. Я ясно высказался?

Башка услышав человеческую речь пришел в себя и выразил свое согласие дрожащим голосом.

— У меня три вопроса. Начну по порядку. Первый: где вход на вашу базу? — Для пущей убедительности своих намерений лезвие ножа слегка прорезало натянутую кожу на шее сталкера.

— Я… Я скажу… Не убивай. Вход во дворе. В туалете, в деревянном.

— Ты издеваешься? Ты еще скажи, что в туалете в яму надо спрыгнуть.

— Нет, нет. Там аномалия пространственная. Вход в туалете, а выход в подземных катакомбах, — Башка говорил торопливо и постоянно сглатывал. Он был напуган и, скорее всего, говорил правду.

— Второй вопрос: где Тайсон и почему он не пришел?

— Его нет на базе. Он будет завтра. Но ты не попадешь на базу, сталкер.

— Это почему?

— Там охрана, профессионалы. Только свои проходят.

— Ну, это мы еще посмотрим. Хорошо. На третий вопрос ты уже ответил, — я убрал нож в ножны, — я сдерживаю свои обещания.

Ребром ладони я молниеносно нанес удар по шее сталкера. Это был очень грозный удар. В каратэ он носит название Орэй. В переводе с японского означающего поклон. Сломанные шейные позвонки не способны удерживать голову, и она склоняется в поклоне. Удар в полсилы перебивает сонную артерию и человек теряет сознание. Через час Башка придет в себя. А я тем временем успею приготовить сюрприз. Я убедился, что Плесень еще в отключке и вышел во двор. Туман уже рассеялся, и я мог разглядеть местные достопримечательности. Напротив сарая стояла покосившаяся от старости изба. Деревянное крыльцо было изъедено грызунами и было больше похоже на решетку. Но сейчас меня интересовало другое строение, и я быстро нашел его. Туалет стоял в десяти метрах за сараем, и о его назначении нетрудно было догадаться. Дверь в туалете и крыша отсутствовала, обнажая всем на показ полусгнивший пол. Глядя на него, однозначно отсутствовало желание посетить его. Наемники умно замаскировали вход. Я дошел до туалета и как Шерлок Холмс принялся разглядывать каждую досточку этого заведения. Для полного сходства не хватало лупы в руке и «котелка» на голове. Мои поиски в скором времени увенчались успехом. На доске, с внутренней стороны туалета висела знакомая мне «гусеничка». Она была творцом межпространственных дверей. Точно такие лежали у меня в контейнере, которых я забрал на Агропроме. Я еще раз осмотрел туалет и вернулся к дому. Прыгнув через крыльцо, я остановился на пороге. Пол в избушке был усыпан битым стеклом. Я прошелся по комнатам и выбрал помещение, окна которого наиболее удачно выходили во двор. Отсюда просматривался и сарай и туалет. Скрипнула дверь сарая и я быстро спрятался за стеной, у окна. Присев, я осторожно выглянул. Башка и Плесень вышли из сарая и крадущимися шагами направились к туалету. Озираясь по сторонам они дошли до него. Башка присел и развернулся для контроля окружающей территории, Плесень ступил через порог туалета и исчез. Башка исчез следом, войдя туда же. Я вскочил и быстрым темпом побежал к потайной двери, на ходу обдумывая ход событий. Наемники вошли в пространственную аномалию, даже не удосужившись проверить ее работоспособность. Это говорило о том, что они уже привыкли к её наличию и утратили бдительность. И это, к их сожалению было мне на руку. Я подбежал к туалету и снял с доски гусеничку. Аномалия теперь не работала. Пока я не захочу. Я убрал гусеничку в контейнер и влез на крышу сарая. Осмотрев окрестности, я увидел недалеко голубоватые вспышки «Электры». Зигзаги электрических разрядов с треском рвали воздух. Это было то, что нужно. Я спрыгнул с сарая. Три метра высоты, благодаря «Пружине» в контейнере, не почувствовались моим телом. Я мягко приземлился и пошел к «Электре». Аномалия встретила меня кучей ощетинившихся молний. Она занимала довольно обширную площадь. Я вытащил «гусеничку» и бросил её в самый центр аномалии. Упав, она мгновенно создала коридор в пространстве. Наемников ожидал сюрприз. Я вернулся во двор и, подумав, достал из кармана золотую цепочку с крестом. «Лысый сослужит мне службу на том свете», — я повесил украшение на видное место на стенке туалета. Пошарив по карманам рюкзака, я нашел гитарную струну, которая путешествовала со мной с подземелий Агропрома. «Похимичив», соорудил растяжку, отошел и примерился взглядом. Крест бросался в глаза. Его трудно было не заметить. Удовлетворенный, я пошел к сараю. Внутри было темно. Я проследовал к тому углу, где мне пришлось прятаться от наемников. Аккуратно я достал из контейнера неразлучную парочку, способных каким-то неведомым человечеству способом, творить двери в пространстве. Я расцепил «гусениц» и прицепил одну к стойке перегородки. После чего я пошел в дом. Другую «гусеничку» я прицепил к дверному косяку в коридоре. Я хоть и был убежден в том, что теперь между гусеничками возник коридор, тем не менее решил проверить. Через дверь в коридоре, я бросил включенный фонарь. Пролетев через невидимую границу, фонарь исчез. Я вернулся в сарай. Луч фонаря, лежавшего в углу, освещал трухлявые и влажные от сырости доски. Довольный, я подобрал фонарь и смело переступил через перегородку. Дневной свет в доме резанул по глазам. Межпространственные двери работали. Я стоял в доме. Громкий треск и безумные крики ворвались в тишину. Я рванул к «Электре». Уже выбежав со двора, я увидел отсветы ярких вспышек аномалии. Крики слились в один безумный вой. Я добежал до аномалии. Три наемника корчились на земле от бьющих в них электрических разрядов в сотни тысяч вольт. Как клубок электрических змей, они жалили тела своим смертельным укусом, выжигая глаза, сжигая кожу и волосы. Среди судорожно дергающихся тел я узнал Хамелеона. Молнии безостановочно били в тела наемников. Через несколько минут все было покончено. Обугленные тела лежали на земле. Словно покидающая их душа, с тел поднимался белый дым. Я отправил этих парней в ад, от этих мыслей я сглотнул. «Но если не я, то они меня», — оправдывался я перед собой. В последний раз, взглянув на тела, я направился к дому. Теперь я должен ждать. Терпеливо ждать. Я вошел в дом и присел к стене. Неприятный осадок остался на душе, после увиденного. Сколько еще смертей мне предстоит увидеть, пока я удовлетворю свое желание мести. «А есть ли оно? Есть ли это желание? Ради достижения своей цели ты отправил на тот свет столько жизней, что впору самому гореть в аду», — я разговаривал сам с собой. Слава богу, пока в мыслях. Мои мысли вернулись в тот день. День, когда изменилась моя жизнь. Когда я умер, а на свет родился убийца. День, когда исчезли мои мечты, породив одну и единственную мечту. Найти и убить.

Красноярск. Июль 2010 г.

«Сегодня мой день рождения», — в счастливом предвкушении прекрасного дня, который я проведу со своей возлюбленной, я потянулся на нашем скрипучем диване, о чем тот сиюминутно напомнил об этом. Не открывая глаз, повернулся на бок, моя рука скользнула под одеялом как змейка ищущая свою жертву. Жертва в виде моей очаровательной возлюбленной отсутствовала, в чем я убедился, открыв глаза. На месте моей любимой была только пустая подушка. Я понял, что меня ожидает сюрприз.

— Зайка! — возвестил я о своем пробуждении и повернулся на другой бок. Открывалась прекрасная картина. Обнаженные ножки соблазнительно выглядывали из под длиной футболки только-только скрывающую то место, откуда эти самые ножки растут. Их обладательница стояла ко мне спиной и что-то колдовала на кухонном столике.

— Сейчас, мой котенок, — промурлыкала она мне. «Прямо семейство кошачьих», — улыбнулся я.

Она наклонилась и моему взору предстала недостающая картина.

— Кажется твой котенок сейчас набросится на тебя, — я не мог оторвать глаз от этой прелести.

Она обернулась и ее хитрые глазки так посмотрели на меня, что я окончательно понял, что сегодня мы не будем вставать с нашего скрипучего ложа любви. Затем эта бестия прогнулась в спинке и невозмутимо продолжила свою магию. Я больше не мог сдержать своих чувств. Я присел на край дивана, стараясь проделать это как можно тише, но диван предательски выдал мои намерения. Иришка, так зовут мою очаровашку, призывно вильнула тем местом, откуда у кошечек растет хвостик. Я подошел к ней, мои руки нежно легли ей на бедра. Она выпрямила свою спинку, и аромат ее завлекательных кудряшек вознес меня на небо. Она повернулась ко мне лицом, ее глазки горящими искорками обещали мне просто сногсшибательный мой день рождения.

С днем рождения, котенок, — ее мурчание заставило меня забыть все правила этикета общения с противоположным полом. Я сгреб ее в охапку и унес в свое логово. Наш диван, как обычно, настучал всем нашим соседям о том, чем мы тут занимались в последующее затем время.

— Я ужасно хочу есть! — усталые, счастливые мы лежали и наслаждались друг другом.

— Я тоже, котенок. Я сейчас. — Пролепетала Иришка, грациозно вскочила и сделала попытку перелезть через меня. Попытка не увенчалась успехом. Мои руки задержали ее и прижали ее горячее обнаженное тело, наши губы слились в сладкий поцелуй, а кудряшки приятно щекотали меня.

— Я сейчас, — моя пленница легко вырвалась на свободу, и ее маленькая фигурка скрылась в недрах кухоньки. Любопытные звуки доносились с кухни, будто какая-то ведьмочка готовила свое магическое зелье. Я улыбнулся своим мыслям. Наконец, Иришка вышла оттуда. В руках на тарелке возвышался торт. Магические огоньки свечей, воткнутых в торт, мириадами звездочек отражались в ее глазах. Она стояла такая хрупкая, маленькая и такая счастливая. Ее милая улыбка зачаровывала. Я понял, что люблю это прекрасное создание больше жизни и что я убью любого, кто сделает больно моему котенку.