Но его слова об огромном коне вызвали какие-то ассоциации в ее памяти. Тщательно изучив черты лица незнакомца, она подумала, что на сей раз ей можно было простить ее невнимательность. Когда она видела этого юношу, он был весь, включая лицо, измазан грязью и конским навозом.

– Теперь я узнаю вас. – Мири вышла из-за дерева. – Вы тот оруженосец, который вчера пытался оседлать Района.

– Значит… выходит, вы все же заметили меня? Так вы помните меня?

Она кивнула. К ужасу Мири, он затряс кулаком в воздухе и испустил радостный вопль.

– Прекрасная богиня луны помнит меня. Она защитила меня. Я должен разбудить весь Париж, чтобы разделить с ним свою радость.

– Надеюсь, вы не ушиблись, – свистящим шепотом прошипела она. – Но, пожалуйста, никаких криков. Не надо шуметь.

– Ради вас, мадемуазель, я буду нем как могила.

Мири засомневалась, что он способен удержать рот закрытым больше, чем на одну секунду.

– Вы состоите на службе у капитана Реми, не так ли? Вы ведь его оруженосец?

– Его оруженосец, его помощник, его брат по оружию, его друг. Ах, но для вас, мадемуазель, я ваш покорный раб.

– Спасибо, но я же не на невольничьем рынке.

– И все равно, ваш раб у ваших ног. – Он вскочил на ноги, снял шляпу и, описав ею круг, склонился перед Мири в глубоком поклоне. И все в одном, на удивление плавном движении. – Мартин Ле Луп, мадемуазель. Всегда к вашим услугам.

– Мартин «Волк»? Да, ваше имя вам подходит.

– Действительно подходит. Я храбр, умен, ловок, хитер и…

– И скромен, – бесстрастно подсказала Мири.

– Я хотел добавить, что у меня сердце настоящего волка. – Он укоризненно посмотрел на девушку. – Знаете, что волки всю жизнь живут с одной волчицей, однажды отыскав правильную?

– Тогда я желаю вам удачного поиска, сударь.

– Мне нет больше нужды искать. Я уже нашел. – Он, крадучись, приблизился к ней. – Я понял это вчера, когда встретил вас. Ваши глаза ярче, чем луна в полнолуние, ваши волосы струятся мягче, чем ее свет.

– И мое лицо, без сомнения, такое же круглое, как луна. А раз вы волк, нет ничего удивительного в том, что вас привлек мой лунообразный лик.

– Вы дразните меня, мадемуазель, – Волк по-настоящему расстроился.

– Простите меня, сударь. Но я обыкновенная, простая и прямодушная девушка с очень маленького острова. Я не жеманничаю, не принимаю с глупой улыбкой комплименты и не умею флиртовать и заигрывать с кавалерами, как делают ваши дамы в Париже.

– Флиртовать! – возмущенно воскликнул Волк. – Наверное, я говорю о своих чувствах несколько… слишком многословно и цветисто, но моя преданность истинна. Я полюбил вас так сильно, что мне даже все равно, кто вы.

Мири озадаченно нахмурилась.

– Кто я? – в замешательстве переспросила она.

– Вы ведь ведьма, не так ли? – Мартин понизил голос до заговорщического шепота, близко наклонившись к ней. – Нет, для меня это уже не имеет никакого значения. У меня самого полно недостатков.

Мири от возмущения прищелкнула языком.

– Я вовсе не ведьма. Я не выношу это название. Я Дочь Земли.

– Простите меня, мадемуазель. Я не хотел оскорбить нас. Конечно, вы дочь земли, и луны, и небес тоже. – Мартин схватил ее руку и стал покрывать кончики ее пальцев пылкими поцелуями.

– Прекратите немедленно, – задохнулась от возмущения Мири и выхватила руку.

– Я слишком смел. Мне жаль, но я не смог удержаться. Я… я очарован вами. Я изумлен. Я околдован.

– Вы еще и совершенно обезумели. У меня нет времени оставаться здесь и вести этот совершенно никчемный разговор. Советую вам вернуться в то место, которое вы называете своим домом, и полежать некоторое время с холодным полотенцем на голове.

– Какая мне польза от этого, когда у меня горит душа.

– Тогда положите полотенце и на грудь, – невольно усмехнулась Мири.

Она резко опустила голову, чтобы скрыть смеющееся лицо, но у Мартина была слишком быстрая реакция. Он изогнулся набок, чтобы заглянуть ей в лицо.

– Ага! – ликующе закричал он. – Она не принимает меня всерьез, но, по крайней мере, я наконец-то заставил ее улыбнуться. И это только начало.

Мири попыталась снова вернуть бесстрастное выражение.

– Сударь…

– Зовите меня просто Волк. Ваш собственный Волк отныне и навсегда.

Мири вздохнула, понимая, что небо светлеет. Дом за спиной вот-вот оживет.

– Хорошо, Волк. Каким бы занимательным ни были возобновление нашего знакомства, мне надо идти.

Она отвесила ему прощальный поклон и поспешила к воротам. Но Волк побежал за ней вприпрыжку и преградил ей дорогу.

– Куда вы надумали идти в столь ранний час, моя любимая? Совсем одна и тайком. Париж может обернуться опасным местом для вас. Вам лучше позволить мне сопровождать вас в вашем тайном деле.