Тревожный сон оказался прерван чьими-то громкими криками под окном. Я узнала голос Серхат и недовольно поморщилась — теперь у Ярата одним врагом больше.

Тяжелая кошачья лапа давила на плечо, мохнатый бок грел спину. Протянув руку, я пощупала спрятанные в белоснежной шерсти коготки. Под моим прикосновением когти вдруг исчезли, лапа превратилась в человеческую руку с узким запястьем и длинными пальцами.

— Ты здесь? — чуть хриплый спросонья и удивленный голос Ярата над ухом. Почему-то вопрос меня рассмешил. Обернувшись через плечо, я тут же сообразила, как окончательно разбудить саоми.

— Или прикройся, или превращайся обратно!

Мгновение понадобилось Ярату, чтобы сообразить, что я имею в виду. Оставить ему одежду никто не догадался, потому пришлось завернуться в покрывало, снятое с маленького кресла. Повязка теперь болталась, потому что была предназначена для кота, и человеку оказалась великовата. Пришлось помочь Ярату и заново перевязать рану.

— Я долго спал?

— Нет. Наверное, пару часов.

Яркие лучи солнца в окне, выходящем на запад, освещали комнату.

— Спасибо, что осталась, — неловкая пауза. — Сможешь позвать Даена?

Я вышла во двор. Вонга нигде не было видно, вероятно, отправился то ли во дворец, то ли по каким неотложным делам. Не теряя времени, я попросила у Айлана одежду для Ярата и вернулась в комнату, к саоми.

Он снова спал. Повязки не было — лоскуты ткани валялись рядом, на полу. Положив рубашку и штаны аккуратной стопочкой в кресло, я тихо вышла, и, прикрывая дверь, успела увидеть, как обнаженная спина лежащего на ковре человека покрывается серо-черной шерстью.

Через четыре дня состоялся суд. Даен Вонг пытался замять дело, но посол, в свите которого состоял Рейдек Мур, требовал публичного процесса. А Ярат упрямо не желал отрицать свою вину. Хотел, чтобы дело решилось раз и навсегда, и не было повода продолжать следствие, искать настоящего виновника. Айлану он запретил даже появляться на суде, и хотя тот не послушался и пришел, но все же хранил молчание, как и обещал.

— Это самое малое, что я могу сделать для тебя и Нэлии, — сказал ему Ярат. — И мне действительно есть, за что отвечать.

Мы готовились к самому худшему, но опасения не подтвердились.

— Учитывая все обстоятельства дела, а также то, что вот уже как полгода господин Рейдек Мур охотился в северных лесах без лицензии и по-сути являлся браконьером, уничтожающим редчайших и ценных животных, которых подсудимый вынужден был защищать, — пожилой мужчина в судейской мантии опустил взгляд на лежащие перед ним бумаги, — подсудимый, саоми по имени Ярат, признан судом виновным в убийстве со смягчающими обстоятельствами и приговаривается к двадцати ударам плетью и четырем дням позорного столба на Судейской площади.

Одинаково доброжелательно улыбнувшись и вспылившему послу, и озадаченному Ярату, судья поднялся и, чуть прихрамывая, покинул зал. Я сочла приговор унизительным и несправедливым, а потому громко возмущалась. Впрочем, не громче, чем посол. Он пробовал последовать за судьей, но встретил Вонга и высказал недовольство ему.

— Насколько я помню, в вашей стране убийство снежного барса карается смертной казнью, — напомнил ему Вонг. — И того, кто наказал браконьера, вообще не стали бы судить.

Послу пришлось смириться с приговором, показавшимся несправедливо лояльным.

До исполнения приговора саоми находился в камере при полицейском участке. Его не слишком охраняли — сам правитель ручался, что арестованный не сбежит. Полицейские сперва шарахались от Ярата, наслышанные от коллег, но после как-то привыкли, что некогда самый опасный преступник тамойской империи без сопротивления подставляет запястья под наручники и вполне доброжелательно благодарит за еду. Словно не заключенный, а гость.

Вэйнар не отпустил меня в участок одну, мы пришли одновременно с Вонгом.

— Прости, Ярат, — Даен хмуро смотрел на вполне жизнерадостную физиономию саоми. — Судья заупрямился. Решил, что тебя необходимо наказать в назидание другим.

Ярат передернул плечами.

— Несколько дней на свежем воздухе — это получше тюрьмы или виселицы.

— Рад слышать, что ты не расстроился.

— Ни капли, — заверил его саоми.

Утром на улице перед зданием суда собралось довольно много людей. Когда полиция вывела Ярата, послышались крики — наверное, у многих были свои счеты с бывшим государственным преступником.