— Сэр Дэвид Стейн?

— Да-да, — ответил сэр Чарльз, широко раскрыв глаза. — Вы его знали?

— Я помню это дело, сэр.

— А-а… Ну да, конечно. Очень печально, а для меня — катастрофа.

— Надо полагать, вы все это объяснили лорду Вутервуду?

— Да-да. Разумеется, он бранил меня за все это. В самом деле, мы сначала очень ругались. Так всегда бывало. Габриэль сперва ругал меня на чем свет стоит, мы оба начинали сердиться, но потом, бедняга, он всегда приходил на помощь.

— На сей раз он тоже пришел на помощь?

— Он не выписал мне чека на месте, — проговорил лорд Чарльз. — Он никогда не поступал так. Наверное, он хотел, чтобы я не спал всю ночь, думая о том, какой я негодный человек.

— Но он обещал вам помочь? Последовала секундная пауза.

— Да, — ответил лорд Чарльз.

Карандаш Аллейна шуршал по бумаге. Аллейн перевернул страницу, разгладил ее и посмотрел на лорда Чарльза. Ни лорд Чарльз, ни Найджел не шевельнулись, но Найджел прочистил горло и вынул портсигар.

— Он обещал, — спросил Аллейн, — совершенно недвусмысленно и определенно заплатить ваши долги?

— Ну, не совсем такими словами. Он пробормотал, что ему придется, как всегда, вытаскивать меня из беды… чтобы я ждал, он мне сообщит… и все в таком духе.

— Понимаю. Лорд Чарльз, как вы уже знаете, ваши дети лежали в углу столовой и подслушивали вашу беседу. Предположим, я сказал бы вам, что они не услышали этого обещания вашего брата, что бы вы в таком случае мне ответили?

— Я бы не удивился ни в малейшей степени. Они и не могли его слышать. Габриэль при этом отошел в дальний конец комнаты и пробормотал его так, словно ему наполовину было стыдно участвовать в таком деле. Я едва сам расслышал, о чем идет речь.

— Тогда, допустим, я сказал бы вам совершенно противоположную вещь: что ваши дети ясно и отчетливо слышали, как их дядюшка громко обещал вам помощь. Вы стали бы утверждать, что они лгут?

— Кто-то мне говорил, — произнес лорд Чарльз, — что офицерам полиции запрещено расставлять ловушки свидетелям.

— Офицеры полиции не имеют права соблазнять свидетелей завуалированными обещаниями и пугать замаскированными угрозами, — пояснил Аллейн. — Это не одно и то же, сэр. Я уверен, вы знаете, что имеете право не отвечать на этот вопрос, если не хотите.

— Могу только повторить, — почти беззвучно проговорил лорд Чарльз, — что он обещал мне помочь и я считаю маловероятным, что они слышали это обещание.

— Понятно, — отозвался Аллейн, продолжая писать. Найджел наклонился через стол, предлагая лорду Чарльзу сигарету. Лорд Чарльз не изменил своей красивой позы. Он выглядел совершенно спокойным и, казалось, прекрасно отдавал себе отчет, в каком он окружении, и все-таки не заметил жеста Найджела. Было что-то странное в его внезапно обнаружившейся рассеянности. Найджел коснулся его руки своим портсигаром. Лорд Чарльз вздрогнул, резко отдернул руку и с извинениями взял сигарету.

— Мне кажется, на этом почти все, — сказал Аллейн. — Есть только небольшой момент, связанный с появлением в гостиной ваших трех старших сыновей после того, как оттуда ушел лорд Вутервуд. В каком порядке они появились?

— Близнецы пришли первыми. Генри — секундой или двумя позже.

— Как долго его не было, сэр? Минуту? Две минуты?

— Никак не больше чем две минуты. Мне кажется, никто не произнес ни слова, прежде чем появился Генри.

— Вы не сразу сообщили им, что лорд Вутервуд обещал вывести вас из трудностей?

— Нет, не сразу. Я все еще чувствовал унижение от нотаций своего брата.

— Ах да, — вежливо сказал Аллейн. — Разумеется. Это все, сэр, благодарю вас. Мне очень неприятно, но я должен буду пока оставить двух-трех человек в квартире на всякий случай.

— Но завтра нам можно будет выходить из дому?

— Разумеется. Ведь вы не собираетесь покидать Лондон?

— Нет.

— Предварительное слушание состоится в понедельник. Сэр, не могли бы вы сообщить мне имена поверенных в делах лорда Вутервуда?

— Криссоэт. Они были нашими поверенными в течение нескольких поколений. Наверное, придется позвонить старому Криссоэту.

— Тогда действительно на этом все. — Аллейн встал. — Мы попросим вас подписать завтра утром ваши показания в перепечатанном виде. Большое вам спасибо, сэр, за то, что вы так долготерпеливо сносили нашу полицейскую рутину.

Лорд Чарльз не поднялся с места. Он посмотрел на Аллейна снизу вверх, и на его лице читалось сомнение.

— Собственно говоря, Аллейн, — начал он, — есть одна вещь, которая меня очень беспокоит. Диндилдон, горничная моей невестки, вы знаете, только что пришла в столовую в безумном волнении. Оказывается, моя невестка, которая, как мы полагали, мирно спала в постели моей жены, теперь проснулась и пришла в ужасное состояние. Она говорит, что ей немедленно понадобилось что-то из ее дома на Браммелл-стрит и что найти это может Диндилдон, и только Диндилдон. Какое-то патентованное средство или что-то в этом роде. Только ведь ваши люди не разрешают никому покидать квартиру. Я это сказал Диндилдон, и она ушла, чтобы через несколько минут вернуться и сказать, что ее светлость выскочила из постели и начала одеваться, а сиделка с ней не может справиться. Сиделка утверждает, что не может в одиночку справиться с такой пациенткой. Мы уже позвонили, чтобы прислали вторую сиделку, но теперь Диндилдон, которая согласна и дальше сотрудничать с сиделками, явно перепугалась.