— Нет, сэр.

— Он не спустился вниз за все то время, что вы сходили по ступенькам?

Хихикс словно весь нахохлился.

— А что такое с этим лифтом, сэр? Он был наверху. Я его вообще не видел после того, как спустился вниз.

— Это все, что я хотел от вас узнать, — кивнул Аллейн.

— Ох! — пробормотал себе под нос Хихикс.

— Есть еще одна мелочь. Как ладил его покойная светлость со слугами?

Хихикс помедлил и дал осторожный ответ:

— Вполне сносно.

— В самом деле?

— Ну уж в ловушку вы меня не заманите…

— Не говорите глупостей, — сурово оборвал его Фокс. — Что это с вами такое? Старший инспектор задал вам простой вопрос. Почему вы не отвечаете на него? Вы только представляете себя в самом невыгодном свете, вот и все.

— Послушайте, Хихикс, не упрямьтесь, — попросил Аллейн. — Будьте умницей, успокойтесь.

— Вы уж простите меня, сэр, но я сильно нервничаю. Его светлость в своем роде вполне прилично ладил со слугами. Ну, поговаривали, что я, мол, хожу в любимчиках, а некоторые — совсем наоборот, были и такие, что не любили его за ехидную манеру, но меня-то это не задевало. Он ко мне честно относился.

— А кто-нибудь среди слуг предпочитал ее светлость его светлости?

— Может быть.

— Например, горничная?

— Может, и она…

— А вы в хороших отношениях с горничной ее светлости?

— Мы с ней ладим, — осторожно ответил Хихикс, подозрительно глядя на Аллейна.

— У вас с ней есть какие-нибудь совместные планы?

— Да какого черта?! — взревел Хихикс. — Что тут общего с этим делом? Кто наболтал, что между нами что-то есть?

— Ну вот, вас опять занесло, — качая головой, устало заметил Аллейн. — Вы будете отвечать на вопрос или нет?

— Ничего такого между нами нет. Мы с ней в приятельских отношениях, вот и все. Ну и что такого? Я не говорю, что мы с ней не дружим.

— Как вы считаете, встала бы Диндилдон на сторону леди Вутервуд против ее мужа? Сочувствовала она ей?

— Она очень любит ее светлость. Она у нее служит уже давно.

— Вот именно. Значит, она обычно становилась на сторону леди Вутервуд, когда у той были нелады с супругом?

— Наверное, да.

— Значит, между лордом и леди Вутервуд не все было гладко?

— Да, сэр, не все, — ответил Хихикс, явно обрадованный, что беседа свернула в такое русло.

— А вы случайно не знаете, о чем они ссорились?

— А у ее светлости всякие странные идеи. Она с чудными людьми якшается.

— Как вы считаете, она вполне нормальная?

Хихикс потоптался и стал разглядывать свою кепку. Губы у него подрагивали.

— Ну, говорите же, — подбодрил его Аллейн.

— Так ведь все хорошо знают, что она маленько не в себе. Грейс Диндилдон не любит, когда так говорят, но это факт. Ее даже на время запирали в сумасшедший дом, и она уже никогда не станет нормальной, как другие люди. Мне кажется, что все слуги так считают.

— Кроме мисс Диндилдон?

— Она это тоже знает, — сказал Хихикс, — только не говорит об этом. Она просто такая… верная по натуре.

— Хорошо, — произнес Аллейн. — Пока все. Хихикс вытер лоб дрожащей рукой. Казалось, он хочет сказать что-то еще.

— Что?.. — спросил Аллейн.

— Господи, сэр, я так разволновался. Думаю и думаю про это. — Он снова замолчал и потом с решительным видом быстро сказал: — Я прошу прощения, сэр, что так забылся и совсем расклеился. Это потому, что мистер Фокс с утра за мной пришел и…

— Все в порядке, — отозвался Аллейн. — До свидания.

Хихикс бросил на инспектора перепуганный взгляд и исчез.

Полуденный поезд повез Аллейна, Фокса и Найджела Батгейта в Кент. Найджел позвонил Аллейну за две минуты до того, как поезд отошел с вокзала Виктория, и вскочил в вагон-ресторан уже когда состав тронулся.

— Верный до гроба, я с вами всегда, — продекламировал он и заказал выпивку на всех троих.

— Вряд ли вы очень много там получите, — предупредил Аллейн.

— Ну, заранее никогда не скажешь. Мы послали туда фотографа. Надеюсь, удастся хоть что-нибудь сфотографировать. — Найджел с сомнением посмотрел на Аллейна, хотел было что-то добавить, но передумал.

— Давайте перекусим, — предложил Аллейн.

Во время путешествия он вел себя дружелюбно, но неразговорчиво. После ленча Фокс и Найджел задремали и не проснулись, пока поезд не подошел к Кентербери. Здесь их встретило солнышко, задумчиво светившее сквозь тучи, неторопливо плывущие к югу. Они пересели на боковую ветку и приехали на станцию «Медвежий угол» в три часа дня.