Откуда-то из-под сводов надвратной башни торжественно прогремело:

— Кто ты и что ищешь в замке Стийорр?

— Ищу хозяина. А кто я — решать ему.

Сразу раскрывать все карты не стоит. Лучше иметь дело с внутренними охранными системами замка, чем с противоосадными устройствами. Пусть сначала пригласят войти.

— По какому поводу тебе понадобился Властитель?

— По делу его дочери.

— За телом выслан фамильный катафалк. Полиции больше нет до нее дела.

— Тела нет в участке. И незачем посылать катафалк за живой.

Тон гремящего голоса разительно изменился:

— Проходи. Прямо, вверх по большой лестнице, направо. Дверь, открытая в коридор, — одиннадцатая Коллекционная.

Оставалось следовать указанному маршруту. Гекопарда я догадался привязать у ворот к удобному столбу. Зверь тут же запрыгнул на стену и прикорнул на ней, изогнувшись наискось. До меня, кстати, как никогда вовремя дошло, что раз это замок Стийорр, то владетельный папочка и есть один из тринадцати, правящих Анариссом.

Спустя пяток минут я пожалел, что оставил скакуна внизу. Коридор все длился, огибая замок, а открытой двери видно не было. Более того, мне казалось, что по мере моего продвижения замок проворачивается подо мной назад. Солнце не меняло своего положения в стрельчатых окнах.

Наконец, одна из арок напротив очередного окна оказалась не замкнута наглухо створками дверей из черного дерева. Зал с добрую четверть площади был обрамлен бесчисленными стеллажами до самого потолка с узкими просветами между ними. В паре последних проемов были прорублены высокие окна, выходящие во внутренний двор или световой колодец. Кроме изящной кованой стремянки на шаровых катках, в комнате была лишь пара кресел. В одном из них и находился хозяин замка.

При дневном свете сидящий Ночной Властитель не казался меньше ростом или менее страшен. Шаг за шагом я терял всю свою решимость. Но отступать было не просто некуда. Любая уступка вела в никуда.

Мне сесть высокородный, само собой, не предложил, но сам воздвигся во все свои семь футов спокойного превосходства.

— Лейтенант, если не ошибаюсь?

— Ошибаешься, — мои перчатки полетели на пол.

— Кто же тогда? Уж не Собачий Глаз Пойнтер же! — Властитель еще шутить изволили.

— Именно Пойнтер, только уже не Собачий Глаз, — я снял шлем и пригладил мокрый от пота ежик волос. — Как видишь, Меч Повторной Жизни работает.

— Вижу.

Чем хороши эльфы, так это полнейшей непробиваемостью. Секунды не прошло, как сориентировался:

— Моя дочь действительно жива?

— Не изволь беспокоиться. Меня только краем зацепило, а ей полной мерой досталось. Живехонька.

Раскрывать нынешние настроения его дочурки я не стал. Неизвестно, как разговор кончится. Пусть у нее лишний шанс будет, чтобы хоть не сразу охоту на отступницу объявили.

На сей раз высокородный задумался надолго. Секунды на три. Затем кивнул мне, соглашаясь:

— Ты выполнил условия, Охотник. Где Хирра? Вот как запел. И ведь теперь сдержит слово, даже когда получит доченьку свою драгоценную. Потому что я доказал. Подтвердил, так сказать, статус. Потому и разговор другой пошел.

Да только и я теперь другой.

— Э, нет. Не хочу быть ни Охотником, ни Добычей. И сейчас условия буду ставить я.

— Какие? — Тратить время на формальности типа возмущения Ночной Властитель не стал.

— Полное прекращение деятельности и роспуск Охотничьего Клуба. На явке с повинной не настаиваю!

Выговорив последнее, я усмехнулся. И зачем-то нахлобучил шлем обратно. Наверное, чтобы не быть оглушенным волной тоски и сожаления, исходящей от его ответных слов.

— Невозможно. Проси другого.

— Это твое последнее слово? — Стрелометы выпорхнули из наплечной сбруи мне в руки.

— Последнее, — печально покачал головой темный эльф. — Существование Охотничьего Клуба важнее моей жизни.

Он отступил в тень и растаял, на мгновение став плоским силуэтом. Я тут же крутанулся на месте, озираясь. Только это и спасло меня от трех стрел, прилетевших с разных сторон почти одновременно.

Болотные умруны! У папаши та же склонность к зазубренным болтам, что и у дочки. Наследственность, видно.

Подняв стволы своих стрелометов почти до плеч, я медленно закружил по залу, словно в танце с невидимым партнером. Невидимке приходилось туго, поскольку через каждые несколько шагов надо было еще и резко прыгать в сторону. Еще пара стрел звякнула о Лансову кирасу — я вовремя присел на очередном повороте.

Вечно так продолжаться не могло. Рано или поздно темноэльфийский властитель просчитает алгоритм уклонения и подловит меня. Надо было использовать свой шанс.

Я не стал ждать, гадая, откуда он появится в следующий раз, как игрок в «Гоблина в норе», а просто с максимальной скоростью опорожнил по всем темным уголкам обе дюжины стволов пары полицейских штурмовых стрелометов. На таком расстоянии пучки надсеченных плоских игл разошлись нешироко.