Том поднял трубку после третьего гудка.

Ниже передаю нашу беседу. Не слово в слово, поскольку записать на магнитофон я не мог, но очень близко. У меня отличная память на то, что люди говорят, пусть это даже было несколько лет назад. А наша беседа состоялась только сегодня, около девяти вечера.

— Алло? — послышался голос Тома.

— Том, это я.

— Ну-ну.

— Наверное, ты разочарован, а?

— Мы на тебя рассчитывали, Си, — он меня так иногда называет. Сокращенно от Саймон, разумеется, но сейчас это прозвучало как тяжелый вздох.

— Ваша помощь мне бы совсем не помешала, — возразил я. — А вы все драпанули. А много ли может один, а?

— Они же дети, Си.

— Да, но я их не нашел.

— Дети, а ты позволил им уйти.

— Я ничего им не позволял. Ты говоришь так, словно я сделал это специально. Боже! Я делал все, что мог…

— Они очевидцы.

— Знаю. Не надо мне об этом напоминать.

— Они могут все испортить.

— Знаю.

— А знаешь, что они убили Пескаря?

— Что?

— Да, Пескаря. Проломили ему череп.

— Ты шутишь.

— Мы нашли его в спальне пацана.

— Блин! — Пескарь был парнем ничего, но сказать, чтобы я особенно его любил, не могу. Впрочем, все равно неприятно было слышать о том, что его порешили. Это только осложняло мое положение.

— А ты позволил им уйти, — повторил Том, подтверждая мои последние догадки.

— И кто из них это сделал?

— А у кого была бейсбольная бита? — Как будто он сам не знал ответа. Даже если он сам не видел ее с ней, Митч и Кусок наверняка просветили его.

— Девчонка, — буркнул я.

— Джоуди.

— Ты знаешь ее имя?

— Джоуди Фарго.

— Как ты узнал? В новостях ничего не…

— В новостях сплошная ложь. Девчонку зовут Джоуди Фарго, пацана — Эндрю Кларк. Это его сестричку принес Ковбой как раз перед тем, как началась вся эта херня.

— Херня-херовенька.

— Прекрати, если ты думаешь, что это смешно, ты сильно ошибаешься. И скоро в этом убедишься.

— Извини, — спохватился я.

— Джоуди не была их родственницей: просто подруга дочери Кларков, оставшаяся переночевать. В спальне мы нашли кое-что из ее вещей.

— Что именно?

— Одежду, сумочку. И водительское удостоверение.

— Водительское удостоверение?

— В прошлом месяце ей исполнилось шестнадцать.

— И там был ее домашний адрес?

— А ты как думаешь?

— Блин! Чего же ты тянешь?

— Все, что тебе полагается, ты получишь. — Что Том подразумевал не только адрес, я догадался по его тону.

— Послушай, дай мне ее адрес, и я обо всем позабочусь. Сегодня же вечером.

— Да, ты у нас такой главный.

— Я ее пришью. Что, сомневаешься?

— Нет, для тебя же будет лучше.

— Ну и где же она?

— Дома, где же еще. В полной безопасности на Шэдоу-Глэн-Лэйн, 2840.

— Заметано.

— Знаешь, где это?

— Конечно. Прямо под Каслвью, так?

— Так.

— Я могу добраться туда за двадцать минут.

— Откуда ты звонишь?

Хороший вопрос. На сердце словно каблуком наступили.

— Ниоткуда, — произнес я. Прекрасный ответ.

— Скажи.

— А зачем тебе знать?

— У тебя же нет машины, так ведь? Попрошу кого-нибудь из ребят заехать за тобой.

— Нет необходимости. Хотя спасибо. Тачка у меня есть, и я могу добраться к дому девчонки своим ходом. Что-нибудь еще?

— Не хотелось бы, чтоб ты снова облажался.

— Не боись.

— Ты уж постарайся. Но, когда я упомянул о безопасности, это было не для красного словца. Если в ты видел ее охрану, подумал бы, что она президент, не иначе. Прах уже раз попробовал.

Мысль о том, что Прах стрелял в мою девчонку, заставила меня содрогнуться. Впрочем, видать, ничего не вышло.

— И он промазал? Прах промазал?

— Промазал, да.

— Блин, — процедил я. Неслыханно, чтобы Лэрри Роудс промазал из своего спортивного «винчестера» 30-го калибра. Не зря его прозвали Прах. Все, в кого он стрелял, давно превратились в прах. Видимо, Джоуди стала первым исключением.

Не предзнаменование ли это?

Только чудо могло спасти кого-либо от Праха, а вот Джоуди осталась жива.

— С Прахом все в порядке?

— Он ушел, если ты это имеешь в виду. Так что тебе повезло.