Однако голыми руками в наручниках сделать это было затруднительно, а спецназовцы еще и добавили ему пистолетом по затылку, чтобы не трепыхался. И передали в руки обычной милиции уже бесчувственного.

Впрочем, принимала его не совсем обычная милиция. На место событий успели прибыть следователь генеральной прокуратуры по особо важным делам и опера-важняки в звании подполковников. Попытались встрять в это дело и чекисты, подоспевшие к шапочному разбору, но им ловить было уже нечего.

Арестованный убийца документов при себе не имел, и не было никаких доказательств, что он иностранный гражданин. Зато этот арестованный как две капли воды походил на некоего Ивана Доева, бежавшего из психиатрической клиники имени Кащенко и объявленного в розыск ввиду его особой опасности. Так что все вырисовывалось в лучшем виде. Беглый псих, буйный калмык, вообразивший себя самураем, захватил заложников, а когда крыша съехала окончательно, порубил их в капусту почище Фредди Крюгера.

И никакого тебе террора, и никакого поля деятельности для доблестных органов государственной безопасности.

Правда, обильно политая кровью квартира оказалась набита всевозможным оружием отечественного и иностранного происхождения, и кроме того, явно прослеживалась связь с делом о побоище в спорткомплексе, где фигурировали японцы, однако разрабатывать эту линию сочли делом неблагодарным. Зачем милиции лишняя головная боль? Разве ее и так мало?

Исчезновение чемпионского кубка, набитого долларами, расстроило милицию до крайности, поскольку этот предмет подлежал безусловной конфискации. А так как никто доподлинно не знал, сколько там было долларов, у сотрудников, знающих о существовании кубка, имелся в этом деле и личный интерес.

Правда, территориальные органы, на чьей земле находился спорткомплекс, были прикормлены мафией, устроившей чемпионат мира и окрестностей по боям без правил. Но побоище, случившееся в день финала, было тем самым форсмажорным обстоятельством, которое отменяет все прежние договоренности. Поэтому территориалы в первых рядах рвались конфисковывать кубок, про который они знали, а другие подразделения – силовые, городские и федеральные – нет.

И вот ведь какой облом. Когда милиция ворвалась в здание, кубок еще стоял на своем почетном месте, но едва дело дошло до конфискации, как оказалось, что его там уже нету. И вообще нигде нету, а главное – никто не может сказать, куда он делся.

Организаторы чемпионата были в таком же недоумении, как и милиция, однако правоохранители считали недоумение организаторов притворным и требовали немедленно выдать кубок.

Так продолжалось до тех пор, пока не выяснилось, что чемпион Гири Ямагучи и его тренер Ясука Кусака тоже исчезли бесследно из наглухо оцепленного здания. Организаторы соревнований высказали резонное предположение, что они-то и забрали кубок, а главный судья чемпионата даже был готов поклясться, что лично вручил его японскому борцу. Правда, он утверждал, что никаких долларов в сосуде не было.

Статью о незаконных валютных операциях никто не отменял, так что исчезновение кубка было всем только на руку. Теперь милиция не имела никаких доказательств, что пресловутые доллары вообще когда-либо существовали.

Тем не менее Гири Ямагучи немедленно объявили в розыск по обвинению в краже. Правда, организаторы соревнований никаких претензий по поводу кубка не предъявляли, поскольку и сосуд, и деньги так и так должны были достаться победителю, – но никто на это внимания не обращал.

Расследование в спорткомплексе уже к вечеру взяли в свои руки люди из ФСБ, и именно поэтому никто не увязал события на финале чемпионата мира и окрестностей с захватом заложников в квартире торговцев оружием, где следствие вели прокуратура и милиция.

В результате ФСБ энергично искала по городу японцев, которые сначала устроили побоище, а потом украли кубок с долларами, а милиция в это время старательно выдавала японцев за калмыков и держала одного самурая в кутузке под именем Ивана Доева, а другого – в морге под именем «неизвестного».

А последние живые и свободные японцы – Гири Ямагучи и Ясука Кусака – в это время вели свои розыски. Ямагучи искал Любу Добродееву, которую хотел взять в жены, а Ясука Кусака искал Анаши Кумару, которого хотел взять в ученики.

Проблема заключалась в том, что сэнсэй и его воспитанник по-прежнему не знали русского языка и теперь у них не было переводчицы.

Это очень осложняло поиски, но японцы не теряли надежды. Ведь господин Кусака умел читать мысли, смотреть сквозь стены и предвидеть будущее.

А главное – у него был инопланетный Наблюдатель, которого сам Ясука-сан считал воплощенным духом великого мудреца.

Бывший киллер по прозвищу Тираннозавр Рекс и его закадычный враг по кличке Кабанчик ретировались из буфета спорткомплекса за считанные минуты до появления милиции. То ли сработала интуиция, то ли просто повезло – но только, убрались они оттуда без всякой задней мысли. Просто в буфете тоже становилось горячо.

Кто-то влетел в помещение с криком: «Наших бьют!» – и его тут же отметелили по полной программе, не разбирая, кто наш, а кто не наш. Но у него тоже нашлись сторонники, и в буфете закипела драка не хуже, чем в зале, зато колоритнее. Нечто вроде сцены из ковбойских фильмов – драка в салуне с битьем посуды и крушением мебели.

А Рекс и Кабанчик в это время как раз настроились на мирный лад и обмывали прекращение военных действий, и посторонний шум действовал им на нервы. Вот они и ушли.