Третье ощущение тоже не добавило радости: кайманолюдей на борту базы насчитывалось не меньше двух тысяч!..

Что-то просвистело у виска Ставра, он очнулся.

Мигель добивал второго кайманоида, в руках-лапах которого отблескивали металлом странной формы пластины, похожие на металлические звезды — сюрикены. Впрочем, это и были боевые метательные пластины, используемые кайманоидами в качестве оружия.

«Включайся наконец!» — подстегнул Ставра возглас шефа.

Однако он потратил еще секунду на ориентацию, прежде чем начал действовать.

Помещение, куда их перевезли, представляло собой санитарно-медицинский бокс в недрах компьютеризованного агрегата, способного определить состояние, вылечить или убить любое живое существо. В принципе оно почти ничем, кроме конструктивных особенностей, не отличалось от подобных медицинских комбайнов землян, хотя создавали его не люди и не для людей. Располагался этот агрегат на пересечении сразу трех уровней, то есть как бы образовывал узел, соединяющий шесть коридоров. А вокруг начиналась такая мешанина помещений, коридоров, секций, аппаратных, силовых коммуникаций, систем обслуживания, снабжения и утилизации отходов, что разобраться в ней казалось делом безнадежным. И все же Ставр смог выделить «зерна» пси— и энергоинформационных уплотнений, чтобы сделать кое-какие выводы.

«Осиное гнездо! — выразил он свои эмоции. — Жилой сектор двумя уровнями ниже, судя по «шуму». А центр управления в одной из трех концентраций: рядом, в сотне метров, уровнем ниже и где-то на самом верху, километрах в трех».

«Скорее всего именно туда нам и надо. Рядом, вероятно, энергоцентр, но проверить необходимо. Твой план?»

«Стратегически мы в выгодном положении, поэтому можно было бы попытаться найти транспортный отсек и уйти отсюда на их машинах, но лучший вариант — метро. База должна иметь линию метро, иначе давно «засветилась» бы, десантируя отряды гуррах».

«Согласен, но есть и третий вариант — захватить центр управления».

Ставр мысленно покачал головой.

«Это авантюра. В любом бою важен не только захват инициативы, но и ее удержание, а без поддержки мы не дродержимся долго. К тому же я не уверен, что центр управления здесь один, а не два или три, а во-вторых, что стоит ФАГу пожертвовать им, а также сотней-двумя своих помощников?»

«Далеко пойдешь, мастер. Не каждый эрм обладает видением правильного вектора действий. Энергоуплотнений в теле базы около двух десятков, но я считаю, метро должно находиться где-то рядом с командным пунктом. Пробьемся, если только нам не подготовили сюрпризы…»

Один за другим в режиме сверхскорости они выскользнули из медицинского отсека и призраками пролетели первый коридор до ближайшего помещения с открытой дверью, внутри которого пульсировали и шумели десятки работающих приборов и мыслящих систем.

Это в самом деле был энергоцентр: реактор кваркбиг, система контроля, инк управления, комплекс распределения, каналы ввода-вывода, витсы обслуживания и два десятка операторов, занимающихся каким-то странным делом. Они расхаживали между необычной формы аппаратами и по неслышимой команде падали, вставали, размахивали руками и наносили друг другу удары. На заглянувших посетителей они не обратили никакого внимания, а может быть, не увидели.

Однако с этого момента оба разведчика почувствовали не кое шевеление висящей над ними «горы», превратившейся в плотную массу разбуженных насекомых, в рой.

На следующий уровень или этаж им удалось проникнуть легко, по лестнице с разной высоты ступенями. Попадавшиеся навстречу кайманоиды смотрели на проносившихся «призраков» безразлично и не реагировали даже на случайные касания. Впрочем, Ставр насчет этого не заблуждался. Шли они «на темпе», и увидеть их было очень непросто, в том числе и кайманоидам, имеющим органы зрения, почти идентичные человеческим.

Второе энергоинформационное уплотнение оказалось залом техноигр, насыщенным игровыми инк-преобразователями и общим эйдообъемом, где зрители-участники могли «пересечься» в полном контакте. На Земле такие объемы были запрещены, хотя и существовали подпольно. Ставр знал это совершенно точно.

Для дальнейшего поиска требовалась транспортная система, и разведчикам пришлось потратить пару минут для знакомства с лифтом базы, который оказался сродни пронзающим вариационным лифтам земных зданий. Лифт вынес их к самой крупной из пси-концентраций, расположенной «на верху» ежастой чечевицы базы, и это уже было то, что надо. По колебаниям полей, сотне пульсирующих струек информации, втекающих и вытекающих отсюда, по «запаху» пси-атмосферы данного сектора станции Ставр с уверенностью определил расположение метро и центральной диспетчерской, но его смутило странное ощущение бездны за стеной коридора, бездны едва ощущаемой, на грани тончайших «шорохов», бездны, которой там не должно было быть. Видимо, то же самое почувствовал и Мигель, потому что остановился на мгновение перед мигающей пентаграммой на выпуклости стены, обозначающей вход. Давление «горы», вернее, «роя» местного пси-поля усилилось скачком.

«Началась тревога!» — сказал Ставр.

«Там не все чисто… я ощущаю нечто…»

«Но у нас нет выхода. Расчет на внезапность не оправдался, однако они не ждут нас здесь так скоро».

«А если ждут?»

«Вот и узнаем».

Мигель молча повернулся к двери и сосредоточился на автомате открывания. Дверь лопнула, как тонкая пленка, и они ворвались в помещение, интерьер которого вряд ли удалось бы описать, настолько он был сложен. Но посреди меняющих форму и свечение громад была свободная площадка, на которой лицами к двери стояла группа гротескно похожих на людей и крокодилов существ.