Хозяйки и торговцы выметали сор из дверей, чистили жилища и магазины, просушивали постельные принадлежности на балконах.

— Демоны из дома! Богатство в дом! — скандировал народ.

Лавки ростовщиков ломились от посетителей: клиенты спешили рассчитаться с долгами старого года. Сосновые лапы, стволы бамбука и позолоченные гирлянды украшали каждую дверь. Рисовые пирожные лежали на притолоках дверей и карнизах окон: взятка предлагала злым духам лететь куда подальше. На рынке покупатели толпились вокруг прилавков, стараясь запастись провизией: в праздник стряпать было нельзя. Продавцы моши лепили из клейкого риса плотные вязкие шарики, которые через три дня все будут дарить друг другу в огромном количестве.

Радостное возбуждение царило в городе, жители предвкушали самый большой праздник в году: Сецубун, канун Нового года.

Сано ехал, печальный и уставший, по ярким полуденным улицам. Никогда любимый праздник не значил для него так мало. Урна с прахом Цунэхико, которую он забрал на обратном пути в Тацука, выпирала из седельной сумки, напоминая о том, что предстояло сделать. Нужно поймать убийцу и отомстить за смерть друга, не поступясь честью семьи. Нужно разгадать тайну госпожи Ниу и избежать нападения незримого преследователя. Нужно, более чем когда-либо, добиться от судьи Огю разрешения заниматься расследованием... и позволения допросить молодого господина Ниу. Сано горько усмехнулся. Шансы на успех ничтожны. Огю, который с таким рвением защищает семью Ниу, вряд ли обрадуется, когда узнает о визите к Мидори. Но без ее заявления улик против господина Ниу нет. Придется рассказать Огю о Хаконэ.

Войдя во внешнее служебное помещение здания суда, Сано сразу понял: что-то не так. Клерки, посыльные и слуги побросали работу и уставились на него. От смущения лицо зарделось. В ушах зазвенело от тишины. Вдруг, словно по команде, все отвели глаза и зашептались.

Главный клерк, не отодрав задницы от циновки, сказал: — Вас ждут в приемной судьи Огю, ёрики Сано-сан.

Полный дурных предчувствий, Сано двинулся по коридору. Около приемной он глубоко вздохнул, выдохнул и постучал в дверь.

— Войдите, — послышался голос Огю.

Почувствовав, что пересохло во рту и вспотели ладони.

Сано толкнул дверь.

В комнате сидели на коленях четверо человек: двое справа от стола Огю, третий — слева.

Сано поклонился:

— Добрый день, досточтимый судья. Хаяси-сан. Ямага-сан. Добрый день, Кацурагава-сан.

Покровитель был последним из тех, кого Сано хотел бы сейчас встретить, хотя не видел Кацурагаву Сюндая с тех пор, как вместе с отцом нанес ему визит.

Что все это значит?

Мужчины ответили на приветствия с суровой официальностью. Огю кивнул, приглашая садиться. Сано сел и заскользил взглядом по нарочито бесстрастным лицам.

— После долгих раздумий, — сказал Огю, — я решил, что вы были правы в отношении Ниу Юкико и Нориёси.

Сано удивленно заморгал.

— Правда?

— Да. Они не совершали синдзю. Они были убиты.

Возликовавший Сано и не подумал спросить, почему судья изменил свое мнение. Главное — все двери в городе откроются перед ним! Убрано последнее и основное препятствие на пути расследования.

Преисполненный самых радужных надежд, Сано принялся благодарить начальника.

Огю поднял палец, требуя молчания.

— Поскольку вы отсутствовали на посту, у меня не было другого выбора, как передать расследование Ямаге-сан и Хаяси-сан. Они объяснят вам, что удалось сделать.

Ужасное чувство утраты сжало Сано сердце.

— После необходимых следственных действий мы арестовали борца Райдэна, — поведал Ямага. — Вчера он предстал перед судом за убийство Ниу Юкико и Нориёси. Сегодня на рассвете казнен.

— Нет! — Сано устремил недоверчивый взгляд сначала на Огю, потом на Кацурагаву. Огю не дрогнул, Кацурагава насторожился. — Не может быть! Какие следственные действия? С чего вы взяли, что их убил Райдэн? Что происходит?

Хаяси прочистил горло.

— Райдэн признался.

Сано рассмеялся. Неуместное поведение заставило коллег переглянуться.

— И конечно, добровольно! — крикнул Сано. — Хотел бы я узнать, какие вы из него выбили доказательства! Давайте, расскажите о ваших следственных действиях!

— Вы меня оскорбляете? — Длинное лицо Хаяси вытянулось. Сано и не предполагал, что это возможно.

Хаяси начал вставать, положив руку на меч. Сано последовал его примеру.

— Пожалуйста, пожалуйста. — Судья жестом усадил их на место. — Давайте не будем задираться, как дети.

Он повернулся к Сано:

— Разве не вы сами назвали Райдэна в качестве подозреваемого?

И Сано догадался: Огю по-прежнему защищает Ниу, он лишь переменил тактику. Чего проще? Найти козла отпущения, казнить — и дело с концом. Но Сано говорил не только про борца, он упоминал и актера. Ямага и Хаяси не тронули Кикунодзё, поскольку испугались бросить вызов его именитым патронам. У несчастного Райдэна покровителей не было. На руки Сано пала кровь еще одной жертвы.