Шрифт:
— Они могут узнать тебя, — отрезал Бэлд.
Сэмюль закинул поводья за голову лошади и собирался вскочить в седло.
— Поехали, Бэлд. Вперед, к забвению.
Бэлдор не сдвинулся с места.
— Можешь отправляться в забвение, если хочешь. А у меня другой план.
Сэмюль сел в седло и сверху вниз посмотрел на кузена, сощурившегося от яркого солнца.
— И это?..
— Завершить начатое дело.
Сэмюль рассмеялся.
— Торен, без сомнения, преследует нас в сопровождении вооруженных рыцарей, о чем не трудно догадаться. Если догонит, не будет никакого «завершения начатого дела». Хорошо, если Торен оставит нас в живых.
Бэлд пожал плечами.
— Возможно. Однако то, что мы слышали о лорде Каррале Уиллсе, вынудило меня задуматься. Мы могли бы найти союзников.
Сэмюль покачал головой.
— Бэлд, Бэлд… Ты замышляешь такое вероломное предательство, на которое даже я не способен. Ты не поедешь к Уиллсам…
— Нет, но нас мог бы принять у себя принц Нейт Иннесский. Мы видели, что его советник слабо разбирается в тонкостях договоров.
Сэмюль молча уставился на кузена.
— Человек, которого Торен считает Хаффидом. Хаффид ненавидит Ренне. Это как раз тот человек, которого ты предлагал силой увезти из лагеря принца Нейта и заставить расплачиваться за набег на фаэлей.
Бэлдор, неуклюже опершись на эфес меча, без смущения смотрел на кузена, — неповоротливый увалень, широкоплечий и такой узколобый.
Каждый его шаг, подумал Сэмюль, продиктован ревностью и обидой. Без них он бы не сдвинулся с места.
— Альянсы не вечны, — убеждал Бэлд, — порой они распадаются в мгновение ока. Знаешь ли, они никогда не строятся на любви, что бы там ни думал Торен.
— Даже он не настолько наивен. Союзы строятся на общих интересах, взаимном доверии и уважении.
— А мы разве не внушаем доверия и уважения? — Бэлд неловко покачнулся в седле. — Подумай, Сэмюль. Если нет, то я предлагаю устроить Торену засаду и довести начатое до конца.
Все из-за тебя! — Сэмюль боролся с гневом, который, по его убеждению, не мог принести ничего хорошего. — Убийство должно было выглядеть как заговор клана Уиллсов. Только поэтому я поддержал…
— Ты даже боролся за него.
Сэмюль не обратил внимания на реплику.
— Если нам удастся осуществить план теперь, это приведет к войне внутри клана Ренне — между теми, кто согласен с нами в том, что необходимо устранить Торена, и теми, кто поддерживает милого кузена. Сейчас, когда Менвин Уиллс и принц Иннесский затевают против нас войну, междоусобные распри в семье недопустимы.
— Мы больше не являемся частью «семьи», Сэмюль, — напомнил Бэлд. — Но если бы мы стали союзниками принца Иннесского… что ж, тогда междоусобной войны не избежать.
— Это безумие, — отрезал Сэмюль и повернул коня в сторону леса.
— Это голос здравого смысла! — прокричал Бэлд вслед кузену. — Что ты будешь делать, Сэмюль, если мы не доведем дело до конца? Станешь стражником у какого-нибудь неотесанного лорда в Мире Безвестности? Ты не выдержишь, Сэмюль, я знаю тебя. Ты никогда этого не выдержишь!
Глава 8
Бэлд неуклюже пробирался сквозь кусты, разгоняя добычу и не успевая даже выстрелить из лука. Сэмюль за ним наблюдал.
Здесь, в лесу, наедине с Бэлдом, он не мог не признаться себе, что презирает кузена. Сэмюль считал его худшим представителем рода Ренне, однако, выбирая союзников, он почувствовал недостаток в людях, словно численностью войска можно было оправдать свои действия. Юноша совершил ошибку в обоих случаях — и с Бэлдом, и с Арденом.
Арден.
Сэмюль осторожно коснулся раны. Все еще болит. По иронии судьбы ему пришлось спасаться бегством именно с этим… существом, к которому он не питал ни симпатии, ни уважения. Сэмюлю пришла в голову мысль просто достать меч и избавиться от Бэлда.
Нет, до такого он еще не дошел. Убийство Торена являлось необходимостью и оправдывалось политической целесообразностью. Торен вел весь клан к гибели. Убийство Бэлда было бы необоснованно, хотя и могло принести гораздо большее удовлетворение.
Что там сказал Бэлд? Мы больше не часть семьи.
Хоть в одном он оказался прав.
Из кустов выпорхнул фазан, потревоженный неуклюжим Бэлдом. Птица отлетела уже далеко, и стрелять было поздно, но это не остановило Бэлда — он выпустил стрелу вслед добыче.
Скверно, что здесь не Диз, а Бэлд, — подумал Сэмюль.
Можно было бы хоть с кем-то поговорить. И что сталось с Дизом? А вдруг он просто строил из себя наивного простачка? Сэмюль понимал, что сделал бы то же на месте кузена. Разыграть подобную наивность, и пусть остальные выпутываются сами.