— Не делай так, — шепнул он Голгату на ухо.

— А-а-а! — завопил Голгат. — У меня на спине демон, когтями прицепился. Причем говорящий!

— Демон? — закричал Солдат и вынул из ножен меч. — Замри, сейчас я его разрублю напополам.

— Стой, стой! — закричал Ворон, улетая подобру-поздорову на безопасное расстояние. — Это же я, тупицы, Ворон. Я хотел вас предупредить… О нет, уже поздно, он здесь, рядом, совсем рядом. Бегите! Прочь! Прочь!

В этот миг волшебные ножны Солдата запели жуткую песню, что однозначно говорило о засаде.

— Поворачивай! Быстро! Но! Но!

Голгат достаточно хорошо знал Солдата и предпочитал не оспаривать внезапных решений, поэтому быстро направил свою лошадь вслед за товарищем.

Когда друзья удалились на порядочное расстояние от того места, где притаилась опасность, Солдат натянул поводья. Голгат поравнялся с ним. Бока лошадей тяжело вздымались, а двое мужчин, которые всю дорогу напряженно высматривали путь в кромешной тьме, дрожали от усталости и чувствовали себя одинаково вымотанными.

Ворон опустился на плечо Солдату, и тот не испугался, ощутив знакомую ношу.

— А, это ты… О какой опасности ты говорил?

— ОммуллуммО послал к тебе василиска. Он волочит свой уродливый хвост по пустоши позади нас и ищет тебя. Это существо оставляет за собой кровавый след.

— Кровавый след?

— Любое живое существо при одном взгляде на василиска погибает. Все, кто почует его смрадное дыхание или услышит его шипение, умирают в страшных муках. Не действуют его чары лишь на горностая.

Голгат отнесся к сообщению с недоверием.

— Ты уверен, что оно идет сюда? Откуда тебе знать, если ты не слышал, не видел и не чуял его?

— Мне сказал горностай.

— Тогда, пожалуй, верю.

— Как его убить? — спросил Солдат.

Ворон ответил:

— Сам решай. Я скажу тебе одно: от его дыхания вянет трава, один только взгляд на него смертелен, его шипение губит живые уши. Коснувшись его кожи, человек высохнет и превратится в пустой кокон. Если воткнуть в василиска какое-нибудь оружие — ну, скажем, меч или копье, — смертельный яд животного перетечет по древку прямо в тело нападающего, и сердце несчастного перестанет биться. Мне очень хочется посмотреть, как ты расправишься с этим исчадием ада.

Солдат кивнул:

— Охотно верю. Тварь знает, где наш лагерь?

— Пока нет, но василиск сумел выследить тебя. На рассвете он снова тронется в путь, пойдет по твоему следу. Твоя смерть — лишь вопрос времени. Осталось несколько часов. Вы все обречены.

— Только не надо слишком радоваться, — процедил Солдат сквозь зубы. — Ну, Голгат, — обернулся он к спутнику, — что скажешь?

— Есть кое-какие мысли насчет оружия, — ответил Голгат. — Нужно использовать метательный снаряд: стрелу или копье.

— Да, а кроме того, можно попробовать яму с кольями.

— О-о-о, — протянул Ворон, — неплохо для начала.

— Помолчи, — распорядился Солдат. — Как выглядит это чудище?

Птица не проронила ни слова.

— Ладно, — устало пробормотал Солдат, — можешь говорить со мной, если пожелаешь. Опиши, пожалуйста, физическую природу нашего врага.

— Приблизительно два фута в длину, — ответил Ворон, — тело петуха, хвост змеи. Весь желтый, включая крылья, глаза как у жабы. Мне сказали, что иногда он загибает свой отвратительный хвост на спину и держит его кольцом. Взглядом василиск раскалывает камень. Я видел, какие разрушения он причиняет: по его следу тянется полоса пустыни, заваленная обломками и трупами. Говорят, ОммуллуммО создал его из яйца петуха. Яйцо — это корень, из которого вырастает василиск. Петушиные яйца, как известно, очень редки. Если ты убьешь этого монстра, сомневаюсь, что колдуну удастся быстро состряпать ему замену.

Солдат и Голгат вернулись к обсуждению возможных способов умерщвления василиска до того, как он покажется в пределах видимости, слышимости, обоняния или осязания. Задача казалась невыполнимой! Как подобраться к монстру на нужное расстояние и при этом не погибнуть?

Ворон терпеливо ждал завершения дискуссии и наконец поведал стратегам, как осуществить задуманное.

— Горностай, — сказала птица. — Вы забыли, о чем я вам только что рассказывал. Горностай — единственное живое существо, которому не страшны смертоносные чары василиска. Горностай нападет на чудовище, как только увидит его. Все равно, что мангуст и змея. Василиск и горностай — смертельные враги.

— Надо его поймать, — сказал Солдат. — Как я понял, подойдет любое подобное животное: ласка, куница? А хорек?

— Не уверен, но думаю, это все равно, — ответил Ворон. — Терять нам нечего. Если не поймаешь горностая, придется обойтись лаской или хорьком.

— Что будет приманкой?

Голгат предложил Ворона.

— Очень смешно, — заклокотал Ворон. — Кролики в последнее время попадались? Или мыши? Или полевки?

На заре воины добрались до дубравы и увидели, что Утеллена с сыном уже давно на ногах.