— Ну же, Рейчел, вы же знаете, что любите свою работу. На что будет похожа ваша жизнь без работы с истребителями, а?

— Она будет гораздо чище, — ответила она, улыбаясь в ответ. После отъезда адмирала Толвина она вернулась к своим старым привычкам в одежде.

Радеску засмеялся и повернулся к своей консоли.

— Хорошо, парни и девушки, давайте начнем шоу. — Он включил микрофон. — Звено «Праулер» , это Центр управления. Проверка связи.

— «Праулер-два», — ответил Вакеро. — Связь отличная.

После недолгого молчания в колонках послышался голос Кобры.

— Сигнал без помех.

Дежурный офицер нахмурился.

— «Праулер-один», от вас нет никакого видеосигнала. У вас какие-то технические проблемы?

Снова было недолгое молчание.

— Ответ отрицательный.

— Проклятая штука должна работать, — сказала Рейчел, присоединяясь к Радеску у консоли. — Эти птички настолько новые, что до сих пор пахнут свежей краской.

— Хотите посмотреть? — спросил Радеску.

— Этого недостаточно, чтобы снять ее с полетов, — сказала ему Рейчел. — Пока работает звук, я не вижу проблем. — Она сделала паузу. — Я посмотрю, когда они вернутся.

— Хорошо, шеф, — дежурный офицер кивнул. — Звену «Праулер» взлет разрешаю.

Внизу на взлетной палубе истребители подъехали к своим взлетным трубам. На панели Радеску загорелись зеленые огоньки.

— Взлетайте, когда будете готовы, — приказал он.

И два «Экскалибура» взлетели в космос.

Рейчел отвернулась.

— Я возьму себе стаканчик чего-нибудь горячего, а потом проверю своих студентов в Третьей рубке, — сказала она через плечо. — Если что будет нужно, кричи…

Интерком завизжал.

— Центр управления, это Двенадцатый док, — хрипло кричал кто-то через интерком. — Я только что нашел здесь Кобру. Она ранена… очень серьезно!

— Кобра? — одновременно переспросили Рейчел и Радеску.

— Какого черта?.. — добавил дежурный офицер. — Рейчел, спуститесь и посмотрите, в чем проблема. — Он уже набирал на интеркоме кодовую комбинацию. — Мостик, это Центр управления. У нас проблема…

— Наша задача в этом случае — держаться подальше от сражений, если только не возникнет крайняя необходимость. Позволить остальному флоту драться с чертовыми кошками, затем прошмыгнуть через черный ход к точке прыжка на Килрах. Затем, парень, взлетит твоя эскадрилья.

Блейр кивнул, когда Паладин закончил говорить.

— Если все пройдет удачно, «Экскалибуры» замаскируются до того, как коты успеют их увидеть, и мы успеем добраться до точки прыжка до того, как нас заметят. Очень хороший план, генерал.

Таггарт ухмыльнулся.

— Еще один продукт планировщиков из отдела секретных операций, — сказал он. — Просто помни, парень, что маскировка не работает на близком расстоянии. Она скрывает тебя от сенсоров, но не делает тебя невидимым.

— Мне все-таки не нравится посылать истребители вслепую. — Эйзен впервые заговорил с тех пор, как начался брифинг. — У них не будет никакой поддержки… а если у них возникнут неприятности еще до того, как они сумеют дозаправиться, они не смогут перезарядить прыжковые генераторы и вернуться назад. Если это действительно черный ход на Килрах, не лучше ли будет нам пойти вместе с ними?

— Мы не знаем, насколько хорошо может быть защищена точка прыжка, — ответил Паладин. — Истребителям, конечно, придется размаскироваться, чтобы совершить прыжок, и их заметят, когда они войдут в систему. Но если они сразу же замаскируются снова, они могут избежать любых «комитетов по встрече», которые могут бродить поблизости. Если же мы пошлем туда носитель, мы разворошим осиное гнездо.

— Я благодарен вам за сочувствие, капитан, — добавил Блейр, посмотрев в глаза Эйзену. — Дело в том, что наши шансы на возвращение в любом случае невысоки. Я думаю об этом как о полете в один конец… исключительно добровольном. Если мы сможем вернуться — отлично. Но никто из нас не будет питать иллюзий.

— Парень… — начал Паладин. Его прервало завывание сирены.

— Взлетная палуба. Чрезвычайное происшествие. — Голос в динамике принадлежал Роллинсу, но его было практически невозможно узнать из-за порыва эмоций. — Неприятности на взлетной палубе!

— Блейр, спускайтесь туда, — проскрипел Эйзен, отталкивая кресло и поднимаясь. — Я буду на мостике…

— Уже иду, — ответил Блейр. Он уже был на полпути к двери, но Паладин, несмотря на возраст и комплекцию, следовал прямо за ним. Они пробежали к лифту, отбросив все притворное «достоинство» офицеров.