— У Березинского не меньше проблем, чем у вас, — не согласился эмиссар.

— Зато у него не отбирают имущество! — взвизгнул Аграновский. — Его проблемы надуманные, а у нас реальные! Вы поймите, мы не сможем нормально исполнять наши договоренности, если лишимся влияния на канал!

— Надеюсь, до этого не дойдет...

— От ваших надежд нам не легче, — буркнул Индюшанский.

— Но уголовное дело в отношении вас, насколько мне известно, закрыто, — возразил эмиссар. — Так что спокойно решайте вопросы в арбитражном суде.

— Ошибаетесь! — разозлился медиа магнат. — Дело не закрыто, а приостановлено! Я уже разговаривал с Зозулей. Так он намекает, чтобы я не обольщался. Расследование снова возобновят, если мы не пойдем на их условия!

— Какие условия?

— Передачу сорока девяти процентов акций в доверительное управление государству. А Зозуля с Рыбниковым еще свою долю хотят. По пять миллионов на рыло! Как откат от сделки...

Эмиссар Ицхака Гаона поджал губы и моргнул.

Эти русские опять создали патовую ситуацию, в которой нет нормального, удовлетворяющего все стороны решения. Вместо обсуждения и снятия противоречий и медиа холдинг, и государственные служащие пошли по пути наибольшего сопротивления, начали масштабные военные действия, вмешали в спор Генеральную прокуратуру, собрали горы компромата, выплеснули по ушату грязи и теперь не знают, как из этого бурлящего котла выбраться.

Все как по нотам.

С момента первого серьезного конфликта независимого телеканала с властью, который произошел почти два года назад, ничего в методике не изменилось. Количество не перешло в качество, все остались на прежних непримиримых позициях. Сменился премьер министр, сменился Президент, а Индюшанский продолжает гасить Зозулю, при этом не выходя из числа соучредителей многих фирм толстомордого министра. Тот, в свою очередь, использует должностные возможности, чтобы побольше нагадить медиа магнату и отобрать у него нажитое имущество. Еще и своего заместителя Рыбникова подключил, известного всей стране фигуранта по десятку уголовных дел о коррупции, еле еле избежавшего обвинительного приговора. И то в связи с амнистией.

— Это грабеж! — забубнил Аграновский. — Пять миллионов! И больше половины акций! Так мы потеряем не только телеканал, но и все остальное.

— Вы же предложили создать независимый совет управления акциями, — вспомнил эмиссар ВЕКа. — Так в чем же дело?

— Нас не устраивает его состав, — объяснил Индюшанский.

— Вы же сами составляли список! — удивился подручный Гаона.

— А теперь не устраивает!

— Там не те люди, — подтвердил Аграновский.

— Но позвольте...

— Нет, это вы позвольте! — владелец медиа холдинга выставил вперед пухлую ладошку. — Мы выполняли наши договоренности, теперь нам требуется помощь!

— Какого рода?

— Надо надавить на нашего Президента.

— И как вы себе это представляете?

— Через западные СМИ, — подсказал Аграновский.

Эмиссар потеребил кончик носа.

— Это ничего не даст. Когда вы сидели в камере, ваш Президент заявил, что не вмешивается в дела прокуратуры. То же самое произойдет и сейчас.

— Пусть тогда ему позвонят Клинтон или Ширак, — пожал плечами Индюшанский.

— Другого предложения у вас нет?

— Нет.

— Это нереально...

— Тогда мы не станем держать в тайне наши договоренности, — с угрозой в голосе высказался Аграновский. — И дадим в эфир все материалы по Косову и Чечне, которые лежат в запасниках. А там есть много интересных кадров.

— Например, — эмиссар ВЕКа бросил взгляд на обнаглевшего очкарика.

— Записи подготовки боевиков израильскими инструкторами.

— Вы блефуете. Таких записей не существует. Израильтяне никогда не готовили террористов...

— Посмотрим...

— Можно даже не смотреть, — эмиссару стало смешно, что Аграновский попытался взять его, как говорят в России, «на дешевый понт». — Если бы вы сказали об американцах или англичанах, то я бы еще поверил. Но израильтяне — нет. Такая пленка лишь вызовет скандал между дипломатическими ведомствами и закроет вам дорогу в цивилизованное общество. Не стоит демонстрировать столь откровенные фальшивки.

Индюшанский кинул злобный взгляд на своего недалекого заместителя и насупился. Им ясно давали понять, что на Западе поддержки искать не стоит. Иностранные спонсоры холдинга были заинтересованы в том, чтобы телеканал проводил их политику, а не цеплялся с государством и не мешал им получать прибыль.

— Хорошо, — медиа магнат взял себя в руки. — Мы готовы выслушать вашу оценку происходящего и принять ваши советы...

Казаки и бывшие рабы загалдели, перебивая друг друга.