— Уже известно, что стражи давно знали о существовании вторых врат и втайне готовили экспедицию, — продолжала Сущинская.

Артем похлопал Алену по руке:

— Не волнуйся так: мы победим. Мы будем опекать и защищать, корректировать и направлять. Мы запретим людям снимать комбраслеты и в случае нужды будем посылать нужные эмоциональные импульсы. Не останется ни злобы, ни ненависти, ни агрессии. Скоро мы станем главными в этом мире, а стражи превратятся в ничто. Кроме одного стража, разумеется. Он получит в награду Дикий мир. Если, конечно, постарается.

Алена поднялась.

— Куда ты? — Лисов изобразил удивление.

— Мне противно все это слушать. Я хочу уйти.

— И куда ты пойдешь?

— Вернусь домой.

— Ты, кажется, забыла, что потеряла свой коммик, — Лисов вновь плеснул себе в стакан шампанское. — Ты теперь пиявка. Если, конечно, виндексы тебе не помогут. Так что хорошенько подумай, девочка, прежде чем сделать первый шаг к двери.

— Я все равно уйду.

— Куда?

— Куда угодно. Хотя бы обратно в землянку.

— Это что-то новенькое. Даже забавное. Но никто не оценит твоего подвижничества. Даже Поль. Он вообще ничего не узнает.

— Мне все равно. Кто из вас превратил меня в зомби? Ты или Лиз?

— О чем это ты? — хмыкнул Лисов.

— Кто подсадил мне жучка, чтобы я убила Поля?

— Если бы виндексы хотели уничтожить Поля, то сделали бы это профессионалы, — холодно заметила Лиз.

— Значит, это ты, Артем, — решила Алена. — Как эту гадость вытащить?

— Это была биокапсула, она дает простой приказ: убить, полюбить, предать. Она рассосется через неделю, — сказал Артем. — А я не надеялся, что ты сумеешь кого-то убить. Просто хотел помешать тебе сделать глупость и последовать за этим авантюристом в Дикий мир.

— Неужели ты сделал это ради меня? — Алена попыталась съязвить.

— Ради Вика. Кто-то всегда должен ждать ушедшего на этой стороне.

Лисов наклонился и вытащил из своей сумки тощий рюкзачок Алены, швырнул ей находку.

— Держи. Виндексы затем и существуют, чтобы приходить на помощь.

Теперь Алена была уверена, что Артем каким-то образом сумел подсадить ей жучка в комбраслет тоже, но Поль его не нашел, поскольку Алена браслет сняла. Впрочем, в коммике найти жука практически невозможно.

«Как хорошо, что я спрятала браслет в рюкзаке, а рюкзак потеряла, — думала Алена, шагая по узкой улочке. Синеватая подсветка витрин делала город похожим на призрак. — Моя ночь, самая прекрасная ночь принадлежит только мне и Полю...»

Она уже не сомневалась, что Лисов и виндексы вместе с ним лишь изображают крутых ребят, что Полю как-то удалось спутать им карты. Поль Ланьер, ее герцог, — вот кто настоящий повелитель и победитель.

Она представляла, как на той стороне, в Диком мире, ее герой летит на своем удивительном корабле, который представлялся в мечтах уже совершенно фантастическим, снабженным клювом и орлиными крыльями. Летит в бой с мифической Валгаллой.

Да, она могла представить его на волшебном корабле, ведущем бой в Диком мире, она не в силах была вообразить его на веранде своего дома, в саду с лопатой или в кресле перед телеголографом. Право первой ночи придумали не мужчины, а женщины. Чтобы, выйдя замуж за пахаря, надрываясь от работы, вспоминать своего прекрасного принца. Беда только в том, что настоящие принцы встречаются редко.

Библиотекой называли небольшую боковую пещеру прямоугольной формы. Вдоль длинных стен выстроились стеллажи с бумажными книгами. А у третьей стены был сложен из неотесанных камней камин. Правда, огня в нем никогда не зажигали — в его чрево кидали термопатроны с голограммами. Иллюзорный огонь весело прыгал по ровно сложенным поленьям, термопатрон медленно отдавал свое искусственное тепло.

Около камина стояли два кресла друг напротив друга. В одном из них сейчас сидела герцогиня. Поль не видел ее с лета. Но герцогу показалось, что за неполные полгода она постарела на несколько лет.

— А в замке в камине горит настоящий огонь, — сказала Кори вместо приветствия. — И у Бурлакова в крепости тоже.

Он наклонился, едва коснулся губами ее щеки.

— Поедешь на зиму в крепость? — спросил Поль, усаживаясь напротив жены.

— Конечно. Неужели ты думаешь, что я всю зиму буду сидеть в твоем чертовом вороньем гнезде и слушать вечерами, как воет ветер в скалах? И подвывать от тоски. — Кори посмотрела на него очень внимательно, оценивающе. — Ты сбрил бороду.

— На той стороне это не модно.