Один из оголенных воинов заметил карету, и принцесса подавила крик ужаса. Боец ринулся к ним, как раз когда они поворачивали, Сарин окрикнула кучера, но слишком поздно. Воин совершил невероятный прыжок и приземлился на спину лошади. Сидя на корточках, он удерживался на спине перепуганного животного, и тут Сарин впервые заметила странные, нечеловеческие очертания его тела и горящий в глазах огонь.

Еще один короткий прыжок, и боец оказался на крыше кареты. Экипаж покачнулся, и принцесса услышала крик кучера.

Она распахнула дверцу и выскочила наружу. Спотыкаясь и теряя на неровных булыжниках туфли, девушка понеслась вверх по улице, где, вдали от пожаров, ее ждал дом Киина. Если только…

Тело кучера ударилось о стену дома и сползло на мостовую. Сарин закричала и отшатнулась, едва не упав. Похожее на демона создание темным силуэтом неторопливо двигалось к ней; хотя его движения казались неестественными, в них сквозила грация хищника. В свете пожара принцесса видела странные выступы и углубления на его коже, как будто кто-то вырезал узоры на его костях.

Подавив новый вскрик, Сарин попятилась и со всех ног побежала по холму к дому дяди. Она знала, что бежит слишком медленно — демону ничего не стоит нагнать ее. Она уже слышала за спиной его шаги, приближающиеся быстрее и быстрее. Перед ней замигали огни в окнах, и тут ее ухватили за лодыжку. Демон с нечеловеческой силой дернул на себя, повернул, и девушка со всего размаха упала на бок. Она перекатилась на спину, задыхаясь от боли.

Над ней нависал страшный преследователь. Принцесса слышала, как он шепчет что-то по-фьерденски.

Что-то большое и черное врезалось в чудовище и отшвырнуло его назад. Они боролись в темноте; демон завыл, но клич нападавшего звучал громче. С звенящей от боли головой Са-"ин приподнялась на локтях, и тут приближающиеся огни осветили сражающихся. Оголенный по пояс воин ее не удивил, но вот второй…

— Киин? — не веря своим глазам, выдохнула она.

Дядя держал в руках огромную, в половину его роста, секиру. С размаху он опустил ее на спину демону, который извивался на камнях, пытаясь дотянуться до меча. Демон выругался от боли, хотя секира вошла неглубоко. Киин выдернул оружие, поднял его в мощном замахе и опустил на голову противника. Тот крякнул, но не перестал двигаться. Киин тоже не думал останавливаться. Он взмахивал секирой снова и снова, врубаясь в голову монстра и выкрикивая хриплым голосом теоданские боевые кличи. Захрустели кости, и демон наконец замер.

Кто-то тронул руку Сарин, и она закричала. Склонившийся над ней Люкел приподнял фонарь.

— Пошли, — настойчиво позвал он, схватил ее за руку и поднял на ноги.

Они бегом преодолели короткое расстояние до особняка Киина; дядя прикрывал отступление. Ворвались в дверь и добрались до кухни, где ожидали перепуганные заговорщики. Даора кинулась к мужу, а Люкел захлопнул дверь.

— Люкел, обрушь прихожую, — приказал Киин.

Люкел повиновался и нажал на рычаг, который до сего момента Сарин принимала за подставку для факела. В ту же секунду послышался оглушительный грохот, и под дверь влетели клубы пыли.

Сарин упала в кресло и оглядела кухню. Там был Шуден, и он сумел разыскать Торину, которая сейчас тихонько всхлипывала в его объятиях. Даорн, Кэйс и Адиен жались в углу к Даоре. Раодена на кухне она не нашла.

— Кто… что это было? — Принцесса в ужасе посмотрела на Люкела.

Молодой купец покачал головой:

— Не знаю. На город напали совсем недавно, и мы беспокоились о тебе. Мы вышли подождать тебя снаружи; хорошо, что отец заметил карету у подножия холма.

Сарин согласно кивнула, все еще не придя в себя.

Киин стоял рядом с женой, обнимая ее одной рукой и разглядывая окровавленную секиру в другой.

— Я поклялся, что никогда больше не возьму в руки этого проклятого оружия, — прошептал он.

Даора погладила мужа по плечу. Несмотря на шок, Сарин с удивлением узнала секиру. Обычно она висела на стене, рядом с другими привезенными из путешествий сувенирами. Тем не менее дядя определенно умел держать ее в руках. Секира оказалась не просто украшением: приглядевшись, принцесса увидела на лезвии небольшие зазубрины и выгравированный посередине эйон Рео — «кара».

— Откуда торговец может знать, как сражаться боевым топором? — Она вслух высказала вопрос, что вертелся в голове.

Киин тряхнул головой.

— Торговцы не знают.

Принцесса слышала только об одном человеке, который пользовался эйоном Рео как личной печатью, хотя со временем его существование стало почти легендой.

— Его звали Дрейк, — прошептала она. — Пират Душегуб.

— Последнее всегда было ошибкой, — прохрипел своим сиплым голосом Киин. — Настоящее имя — Задушенный.