– Конечно. Рад видеть вас в добром здравии. По виду Северна можно было решить, что он готов убить любого, и так как вы были столь добры, что не направили его ко мне, я боялся, что именно на вас выплеснется весь поток гнева. Я вернулся к Стефенам после того, как он уехал.

– Мне удалось приручить дикого зверя, но, боюсь, он каким-то образом узнал, что вы помогали мне, – улыбнулась Хелена.

– Это моя вина, – сказала Марион. – У меня сорвалось с языка. Вчера вечером я видела, как вы вместе направились к двери. Если бы вы доверились мне, я могла бы помочь вам.

Хелена уставилась на свою кузину. Просить Марион о помощи в этом щепетильном деле? Да она скорее попросит попа богохульствовать.

– Почему-то мне не пришло это в голову, – сказала она бесцветным голосом. Краем глаза Хелена заметила как Марион взяла Мальверна под руку.

– Давайте продолжим прогулку, – предложила Марион. Затем повернулась к Мальверну и весело защебетала.

Часто повторялись слова «прошлый вечер». Вскоре Хелена поняла, что Мальверн вернулся на прием к миссис Стефен и рассказал Марион всю историю. Она подумала, что именно тогда они и договорились о сегодняшнем свидании. Они использовали ее саму и ее карету, чтобы осуществить эту тайную встречу.

Хелена чувствовала себя в долгу перед Мальверном, но Марион она ничего не должна. Горячая испанская кровь забурлила, и она резко произнесла:

– Мне действительно пора ехать. Приятно было вновь встретиться с вами, мистер Мальверн.

– Надеюсь, мы скоро увидимся вновь и будем встречаться часто, – ответил Мальверн. Затем он церемонно поклонился и покинул их.

Хелена направила на Марион гневный взгляд.

– Ты подстроила эту встречу, Марион? И не пытайся отрицать.

Марион вскинула голову:

– И что из того? Ты поступила еще хуже, уговорив Мальверна отвезти тебя на этот костюмированный бал.

– Вижу ты стала его наперсницей. У меня были определенные причины, и я нуждалась в его сопровождении. Но ничем не обязана тебе. А ты втянула меня в свою дурацкую затею с этой встречей.

Марион бросилась на защиту Мальверна:

– Дамы постоянно его используют! Они думают, что если у него нет денег, можно посылать его то туда, то сюда с поручениями, о которых они не стали бы просить более достойного, по их мнению, человека. Мальверн – джентльмен, и если тебе и в будущем потребуется экспорт для посещения сомнительных заведений, проси кого-нибудь другого.

– Ты говоришь так, как будто Мальверн – твоя собственность, Марион. Какое тебе дело, если Мальверн время от времени будет помогать мне? Твоя мать никогда не позволит тебе выйти за него замуж. Не думаю, чтобы suivi флирт был в твоем стиле, не так ли?

Марион взглянула ей прямо в глаза и смело ответила:

– Возможно, ты знаешь меня не так хорошо, как думаешь. А что касается достоинств Мальверна, у него есть если не деньги, то воспитание. Думаю, мы сможем поладить. Он очень умен, должна заметить.

– Я вижу, ты все уже хорошо обдумала. Если бы я была на твоем месте, то задала бы себе вопрос, что его интересует – я или мои деньги?

– Я спросила бы о том же, будь я на твоем месте, принимая ухаживания Северна, – отпарировала оскорбленная Марион.

– Северн не ухаживает за мной! И у него есть собственное состояние!

– Не так уж много, пока жив лорд Хедли, а люди, подобные ему, живут долго. Северн не прочь поиметь двадцать пять тысяч в свое распоряжение.

После столь искреннего обмена любезностями, они молча дошли до кареты. Уже во второй раз посторонние люди намекали Хелене, что Северн интересуется ни чем иным, как ее приданым. То же самое сказал вчера Мальверн.

Когда кучер вез их домой, Хелена продолжила разговор.

– Не понимаю, зачем вообще Северну нужны мои деньги? Он ведет добропорядочный образ жизни. Он не играет в карты, не содержит любовниц, у него нет каких-то дорогостоящих увлечений, насколько я могу судить.

Марион фыркнула.

– Неужели я ошибаюсь?

– Сейчас нет, – ответила Марион.

– Должно быть, у него есть какая-то сумма на дневные расходы – плата за вход, карманные деньги?

– Да, он действительно обеспечен. Но все-таки у Северна есть дорогое удовольствие.

У Хелены от любопытства расширились глаза.

– Кажется, у него появилось новое увлечение – политика. Политические партии постоянно ищут деньги, чтобы прикупить какое-нибудь гнилое местечко или обделывать различные делишки. Придворные места большей частью отходят к тори, с тех пор как Принни взял под свое покровительство леди Хертфорд. Я часто слышала, как Брегхэм плакался, что у вигов нет средств. Если Северн внесет значительную сумму в казну партии, Брегхэм почувствует себя обязанным отблагодарить его каким-нибудь высоким постом в случае, если они придут к власти.