Удивительно, но уже через полчаса – мы ушли на другую сторону планеты – динамик захрипел и откликнулся безличным мужским голосом (преобразователь здесь был хреновый, не позволял узнать собеседника по голосу).

– Я Сальветрина, кто меня вызывает?

На мое лицо наползла непрошеная улыбка.

– Сальветрина, вызывает Дикая Кошка.

– Принцесса… – голос в динамике стал потише, – вы вернулись?

Адоне, да неужели? Неужели они примут меня? Ждут? Это было бы просто фантастикой.

– Совершенно верно. Кто на связи?

– Это я, Принцесса, Дэнс… Надо же – и не верится. А мы уже думали…

– Все ясно, Дэнс. Дадите посадочный луч?

– Сию секунду, Принцесса!

Я вошла в атмосферу, скользнула по верхним слоям, стала снижаться, чтобы попасть точно в заданный мне лучом коридор. Автоматика работала хреново, половину на этой развалине приходилось делать руками. К счастью, Мика безмолвно помогала мне.

– Синь, так они что, тебя ждали все-таки?

– Да похоже, – настороженно отозвалась я, – посмотрим, как оно…

В любом случае, не торчать же на орбите. Надо садиться, а там глянем по обстановке.

Хотя посадка была увлекательной, как катание на карусели в детстве, я успела отметить, что на поле под колпаком стоит лишь «Отражение», больше кораблей не было. Свой аффликтор я узнаю где угодно. Еще бы «Зеркало» увидеть. Как я, оказывается, соскучилась по кораблям – как по людям.

Но возможно, они построили другой космодром. А мелочь вообще может стоять где угодно. Может быть и так, что какие-то корабли висят на орбите.

Оружием мы, конечно, запаслись на Серетане – на всякий случай. Наш серетанский бластер примитивен, но ведь мы с Микой именно из него и учились стрелять много лет. Я осмотрела себя. Бластер под рукой, на поясе, броневой бикр, ряд ручных спикул, как обычных, так и газовых, лазерный тесак… пожалуй, хватит. И еще мое секретное оружие. Я подхватила на руки Лус и так мы вышли из корабля. Впереди – Мика, за ней я с ребенком на руках, за мной – Бета.

Один из моих рядовых, кажется, его имя Гдан, подогнал флаер к пандусу корабля.

Я улыбнулась парню. Он медленно повел машину к зданиям на окраине космопорта.

…Все-таки что-то не так во всем этом. Не может быть, чтобы они меня ждали и приняли с распростертыми объятиями…

Мы вышли из флаера и вслед за Гданом вошли в небольшое серое здание, которое я использовала как пропускной пункт.

Удивительно, но видеть лица моих шибагов было приятно… Впрочем, из офицеров здесь стояли только Дэнс и Таффи. И никого больше. Я бы предпочла встретиться с Изайком… Дерри… но успеется.

И толпа рядовых шибагов – тоже все лица знакомы. Новеньких нет. Быстро же, однако, они собрались… Я спустила Лус на пол, она тут же вцепилась в мою руку.

– Принцесса! – Дэнс опустился на одно колено. Я положила руку ему на плечо. Кивнула Таффи. Потом – общий кивок.

– Рада вас видеть, ребята! Как вы тут без меня?

– И мы рады вас видеть, Принцесса!

– Кто руководил делами в мое отсутствие? Ты, Дэнс?

– Да.

– Ну что ж, думаю, стоит пойти во дворец? Мы ведь не будем разговаривать здесь?

Толпа расступилась, пропуская меня. Держа Лус за руку, я прошествовала через зал и шагнула в проход…

Внезапно наступила тьма, и что-то больно и резко стянуло кожу на лице. Через секунду я поняла, что это такое, хотя мои руки уже протянулись, пытаясь содрать этот кошмар – но этого времени оказалось слишком много, меня уже схватили сзади, и я ощутила мягкий толчок в затылок… парализатор…

Я падала с мыслью – как странно, что они не убили меня сразу. Но эта мысль была погребена под одним отчаянным и диким мысленным воплем – Лус!!!

То, что упало мне на лицо, называлось «чертова кожа». Ясное дело, газ применять было бессмысленно, ни один газ не действует мгновенно, а при малейшем запахе я сразу наброшу шлем. По-хорошему, надо было и входить уже в шлеме, но это слишком дико бы выглядело.

Вот они и применили примитивное оружие, позаимствованное у какого-то дикого племени. Странная кожа, которая стягивается и намертво приклеивается к телу. На лицо – очень эффективно. Если бы я не успела закрыть глаза, осталась бы без глаз. И так, когда снимали чертову кожу, почудилось, что сдирают мою собственную. Сейчас лицо, наверное, страшненько выглядит, красное и облупленное. Болит, как ожог, терпеть можно, но неприятно. И потрогать нельзя – все тело плотно прижато силовым полем, да еще и на всякий, видимо, случай, прикручено во многих местах меланитовыми шнурами к ложу. Даже пальцем не пошевелить.