Я теперь не только злости по отношению к Дерри не чувствовала, наоборот – огромную благодарность. И удивление – чего только не скрыто в людях…

Спасибо, Дерри. Но похоже, дела мои все равно плохи. Видимо, ханкеры давно заподозрили неладное. Глаза у меня нормальные, зрачки не расширены, двигаюсь бодренько…

Я даже про Бину забыла. Как задумаешься, конечно, хочется плакать. Но похоже, что мне и самой сейчас круто придется. И я, как каждый эгоистичный человек, думала в первую очередь о себе.

Вскоре дверь открылась, и вошел в сопровождении ханкеров Громилы и Лысого какой-то тип с чемоданчиком, по виду – интеллигентный. Громила взял меня за плечи – во избежание неприятностей. Тип открыл чемоданчик, вынул старомодный шприц и какой-то приборчик. Затянул мне жгут на руке, воткнул шприц в вену и взял кровь. Потом накапал эту кровь в приборчик. Показал Лысому.

– Видите? Нулевая.

Громила заехал мне по скуле, так, что я едва не свалилась с соты.

– Ты, тварь, сэнтак не принимаешь? Ничего, примешь. Ну-ка, коли ей… – распорядился он. Тип вежливо сказал.

– Инъекционный путь введения вызовет специфическую зависимость… я хочу сказать, что если она привыкнет к уколам, то на таблетки ее будет очень сложно перевести. Лучше вводить через зонд, в желудок.

У меня внутри все сжалось. Неужели я зря мучилась на корабле? Неужели все?

Ведь если я начну принимать сэнтак, то даже и отдаленный отблеск желания бежать погаснет. Об Ильте не смогу больше думать. Ильт…

– Надо бы связать, – посоветовал Лысый.

Какого змея… если я подсяду на колеса, я перестану быть человеком. Лучше пусть убьют. Не получится у вас… Я легионер, в конце-то концов!

Их всего трое, и они наверняка ничему не учились… Я легко сбросила с плеч руки Громилы и вскочила на соту.

Все вернулось – в одно мгновение. Как долго я была высохшим, замученным, униженным, покорным существом… и как мало потребовалось, чтобы измениться полностью. Словно маску сбросить. Я вырубила Лысого одним ударом ноги, прыгнула на Громилу, захватила его и нажала на рефлекторные точки – готово… Они оба даже не успели пошевелиться или крикнуть. Медицинский тип еще ничего не сообразил, я рубанула его по шее. Пусть поваляется. Уже выбегая из сарая, сообразила, что лучше было бы их убить – дольше бы не спохватились… хотя и так они какое-то время пролежат. Что теперь?

Должен же был этот медик на чем-то приехать… Я побежала к воротам, где останавливались грузовики, увозившие сырье. Точно, стоит красавец – скоростной вездеход на воздушной подушке. Отлично… Я вскочила на ступеньку. Он еще и стекло оставил открытым. Просунула руку, открыла дверцу. Отлично. Прыгнула в кабину. Теперь вот как бы тебя завести? Ясно, борткомпьютер… Пальчик приложить? Пожалуйста.

Все-таки сегодня Адоне был милостив ко мне. Компьютер согласился на мой отпечаток пальца! Едва я ткнула в сенсор, раздалось веселое машинное урчание… Отлично! Я рванула с места и помчалась по дороге, все больше набирая скорости…

Не так быстро. Спокойно. Чем еще хороша машина – со спутников ничего подозрительного уловить невозможно. Врач приехал на плантацию – врач уехал с плантации. Слишком гнать не стоит, какая разница, сто километров я проеду или двести…

Куда теперь? Я пыталась сообразить, что же вообще делать. На космодром? Наверное, я смогу его найти, по этой же дороге еду, ориентиры до сих пор помнились. Не все, конечно. Но нас же долго и упорно тренировали на чтение и запоминание местности.

Но ведь мы договорились с Ильтом…

Может быть, это безумие, но не могу я его тут оставить. Да и вдвоем все же проще на космодром проникнуть.

Ильт… глаза твои… радость моя, Ильт. Нет, не оставлю я тебя. Погибать – так вместе. Еще вот раз увидеть тебя – и можно умирать.

Через пару часов я сделала остановку. Поковырялась в бардачке и в багажнике. Не очень густо, но все же немало полезных вещей я нашла. Бутылку какого-то местного пойла. Пачку чипсов (тут же распаковала и попробовала… сто лет чипсов не ела). Аптечку, как в машине положено. Трос. Кучу окурков и сигареты – ну это нас не интересует. Кучу всякого мусора. И главное – отличный острый нож. Это просто подарок судьбы, можно сказать.

Потом я влезла в кабину, поехала тихонько и на ходу стала размышлять.

Обстановка у нас такая. Хватятся моих ханкеров не скоро. У нас такой бардак, что я думаю, только к вечеру сообразят… В сарай днем тоже никто не ходит. Но вот врача могут начать искать. Например, позвонят ему… Мало ли что. То есть будем считать, часа через два-три, возможно, начнутся поиски.

(может быть, они уже и начались).

Обнаружат, что машина пропала. Сложат два и два – я уехала на машине. Все ясно. Значит, искать будут именно этот вездеход. Именно на этой дороге. Со спутника его найти – делать нечего.