– Ты прав, и в любом случае, надо узнать, что у них. – Валтэн включил медотсек. Обе девочки спали на соседних койках, накрывшись одеялами.

– Вот видишь, спрашивать не у кого… да и глупости ты говоришь, что они – за тебя решат?

– Ну да, – согласился я. – Итиль уже свое мнение выразила.

Я быстро разобрался с управлением – ландер был явно квиринский… похитили или перекупили где-то. Ну и прекрасно, легче воевать будет. Не привыкать к незнакомой машине… причем ландер довольно новый. Оружие мне тоже понравилось, нестандартный подход… видимо, какой-то шибаг, вернее всего, сам Аригайрт, оснащал ландер под себя. Шестнадцать универсальных стволов, ближний делокатор, очень серьезная броня, зеркальник, генератор тени, деструктор, ну всякие там ловушки…

Кажется, безумие – ландер против патрульника. Но не такое уж и безумие, если подумать. Гравиустановкой они меня не напугают, в нее еще поймать меня надо. А остальное оружие… с таким запасом, как на этом ландере – вполне потягаемся.

Я надел шлем и сказал в нейрофон.

– Валтэн, я готов.

– Что там с ландером?

Я коротко описал то, что увидел. Валтэн помолчал немного.

– Ну давай… вперед, Ланс.

Я сел в ландер, наглухо закрыл фонарь.

Вот так оно и бывает, мелькнула мысль. Удобное донельзя кресло, все под руками – все виртуальные шарики, панели, экраны… Как будто ты на земле развлекаешься. Вот так люди и умирают…

Глупости! Я должен был уже давно умереть, четыре года назад. На Анзоре. Я и так живу не своей жизнью.

Связь я даже не подключил – согласно выработанному плану, мы с Валтэном не должны были переговариваться. Только по нейрофону, передающему на расстоянии внешне совершенно недифференцированные сигналы.

Крыша Палубы медленно поползла вверх.

Я вылетел из-под прикрытия «Чайки» и направился к «Крете». Интересно, как скоро они увидят меня… пошлют встревоженный запрос на «Чайку», а Валтэн, прикинувшись дурачком Грэпом, будет долго недоумевать, и наконец они вместе установят, что кто-то из пленников, точнее – оба сразу – сбежали на личной машине Аригайрта. «Чайка» стрелять по мне не может, поэтому мною займется «Крета».

Идеально, конечно, было бы подойти как можно ближе… напасть внезапно. Использовать генератор тени – невидимости – я не решался – это сожрет большую часть моей энергии, а она мне еще очень пригодится.

Они увидели меня раньше, чем я подошел на достаточное расстояние. И все же для меня «Крета» выглядела уже как сверкающий металлический дракон с раскинутыми крыльями, ощетинившийся орудиями… Я включил зеркальник и одновременно выпустил сноп спикул. Лучом бить бесполезно, я же знаю, что для «Креты» это детские игрушки… а вот моя энергия стремительно таяла. Я перевел зеркальник в пульсирующий режим и выпустил ловушку и антиракеты… бесполезно. Ерунда. Они бросили на меня двух роботов-камикадзе. Две светящиеся точки стремительно приближались ко мне… видел я их только на инфракрасном радаре. Ну, с этим мы разберемся… Я выпустил противороботные ракеты и сам начал маневр… Пять полновесных «же» вдавили меня в кресло – до темноты в глазах, до боли во всех костях. Это еще с гравикомпенсатором! Я сделал петлю, не забывая, и когда мои глаза обрели способность видеть, роботов уже не было на радаре (вспышек я не видел), а по мне изо всех сил лупили из четырех основных орудий «Креты» – судя по луч-указателям. Кроме того, гравиустановка крутилась, как заведенная, пытаясь поймать меня в свою плоскость действия… Я запустил делокатор – вероятность, конечно, малая, но возможно, он сумеет поймать ближайший подпространственный выход и отправить туда «Крету». Зеркальник… нет, я не могу больше себе позволить защитное поле… энергии мало. Я бросал машину волчком в разные стороны, то и дело выпуская ловушки…

Идиоты, если бы я был за управлением «Креты»… они не использовали и половины ее возможностей. Но мне и этой неполной половины хватало. Я вертелся, как карась на сковородке… И настал миг, когда я осознал – надо что-то менять, причем коренным образом, иначе я погиб. Пока я справлялся с боем, но рано или поздно у меня кончится энергия, или они поймают меня гравилучом. Меня швырнуло на силовые держатели – ландер отбросило назад. Потом я снова упал в кресло… и принял решение.

Я включил экран – мир вокруг изменился… мир стал непривычно тихим, бесцветным, слегка малиновым… погасли звезды…

Меня больше не было в этом мире. Не было – для «Креты»… я уходил… только бешено вращающиеся стрелки гравитора указывали на то, что уединение мое недолговечно.

Расчет оказался верным – я вынырнул у самого хищно изогнутого драконьего носа «Креты». Как раз там, где в прозрачных глазницах расположены экраны Поста.

Изо всех сил, из последней оставшейся энергии я ударил «Крету» деструктором…

Я впервые видел результат действия деструктора… Это было очень красиво, и я едва успел отвести истребитель переворотом вверх. Стенка Поста распылялась в пространстве светящейся, нежно-розовой почему-то дымкой… Но мне необходимо было завершить план – ведя истребитель плашмя вдоль корпуса «Креты» я вплотную подошел к отсеку двигателей… Я снова сжал шарик деструктора, и в этот миг меня поймал гравилуч.

Просто зашкалило все стрелки. Я понял, что ландер сошел с ума… Но пока еще не понял, что с ним делать… И тут меня швырнуло…

Так чувствует себя щепка в океанском шторме… Душная, черная волна навалилась на меня, схватила – я не мог больше сопротивляться, я увидел бездну перед собой, и в эту бессмысленную, бесконечную бездну я падал, падал, выпустив из рук цветные шарики, забыв об управлении, я падал, раскинув руки, и камни летели мне вслед, и бешеный ветер швырял меня и бил о каменную стену, и снова выносил к небу… И я все ждал в судорожном оцепенении последнего, смертельного, самого страшного удара.