– А если фуфло, спаррингуем сначала с учениками, потом с тренером, – закончил вместо меня Захар. – Мы, мужики, чего ссали? Мы ссали напороться на спортсмена, презирающего китайские выкрутасы. Мы ссали, что придет здоровущий боксерище, мастер спорта международного класса и отмудохает нас, доказывая землякам, что кунгфу – говно. Мы этого ссали и собирались косить только под гимнастику. Ну, а раз тута до нас занимаются ушуями, значит, того, чего ссали, можно и не ссать!

– Глубокая и прекрасно сформулированная мысль, – съязвил Серега. – Приятно послушать речь интеллигентного человека.

– А в челюсть не хочешь, бухгалтер? – оскалился Захар.

– Вы еще подеритесь, до кучи! – рассердился Леха. – Я, мать вашу, всю дорогу объявления писал про гимнастику. Теперь чего? Зачеркивать в объявлениях слово «гимнастика», переписывать на «боевая система»?

– Не нужно ничего зачеркивать, – распорядился заметно повеселевший Толик. – Может, оно и к лучшему, что есть готовая группа энтузиастов-ушуистов. Чует мое сердце – их тренер получит сегодня по мордасам. Ну, откуда, мужики, в этой дыре может взяться крутой конкурент? Не заезжий конкурент, заметьте, местный! Попинаем тренера – уведем группу. Надо перед здешними выступить по полной программе, чтоб зауважали и чтоб им за месяц семинаров не жалко было отстегнуть столько же, сколько ихний инструктор берет за год... А насчет объявлений... Эй! Колесов! Петька! А ну, иди сюда, сучонок!

Петя Колесов на полусогнутых подбежал к Толику:

– Звали, Анатолий Иванович?

– Звал. Сейчас Алексей Владимирович даст тебе объявления. Познакомишь нас с директором и побежишь расклеивать объявления по городу, как понял?

– Хорошо, Анатолий Иванович.

– И впишешь в каждое объявление, что завтра в клубе... тьфу ты... в Доме культуры лекция и запись на семинар в... Во сколько часов, мы с директором уточним, а ты подождешь за дверью, понял?

– Все сделаю, Анатолий Иванович... А можно мне потом посещать семинары?

– Ладно уж... – смягчился Толик. – Посещай... за двойную цену.

Директор Дома культуры пришел на работу к семи утра. Мы с ним славно переговорили, бросили в его кабинете свои вещички и, выяснив, где находятся интересующие нас городские властные структуры, побежали делать дела. Пробегали весь день. Отметились у главного городского комсомольца, подружились с ответственным за спортивную работу с населением, перекусили в стекляшке-пельменной и к семнадцати ноль-ноль вернулись в Дом культуры. В директорском кабинете, дубликат ключа от которого нам любезно был предоставлен, мы достали из поклажи каждый свою спортивную форму. Со шмотками в целлофановых пакетах спустились ко входу и стали ждать прихода девушки Светланы, дабы выяснить точный адрес, по которому позже должна была состояться вечеринка с приполярными куртизанками. Походя мы заглянули в спортзал при Доме культуры и остались довольны. Солидный зал, большой, вместительный. Когда мы его осматривали, он был пуст. Тренировка у местных ушуистов начиналась в семь вечера. «Сейчас переговорю со Светкой, – думал я. – Отправлю ее резать салаты, разберемся с проблемой конкурента-ушуиста, душ, переодевание, посещение директорского кабинета, извлечение из чемоданов спиртных столичных деликатесов и вперед, к девочкам».

– Добрый вечер, мальчики. – Из-за угла дома, который еще и Дом культуры, вышла Света и следом за ней четыре ярко раскрашенные девахи. Не утерпели девочки, пришли поглазеть на кавалеров-москвичей, не дожидаясь «танцев».

Мои друзья приосанились, расправили плечи. Низкорослый Леха Митрохин выпрямил спину и стал похож на курсанта-суворовца в почетном карауле. Серега Контимиров убрал со лба непослушную прядь. Толик втянул живот-мячик. Невозмутимый Захар украдкой оглядел свои одежды, проверяя, все ли пуговицы и «молнии» застегнуты.

– Стасик... – Светка чмокнула в щеку, дала понять подружкам, мол, этот занят, этот мой. – Стасик, а мы пришли лекцию послушать.

– Лекция переносится на завтра, но, раз пришли, давайте знакомиться... – вздохнул я и поочередно представил девушкам своих приятелей. Парни, казалось, забыли, зачем приехали на Север. Казалось, приехали они исключительно ради того, чтобы познакомиться с местными шмарами. Пожалуй, лишь Захар, один из четырех, сохранил холодный рассудок, поскольку на Захарку запала уж совсем вульгарная девица с выкрашенными в голубой цвет волосами. У остальных мужиков рожи светились счастьем, будто впервые баб увидели.

На пары разбились мгновенно. И как-то само собою получилось, что минут через несколько мы, все пять пар, уже сидели на лавочках посреди убогой детской площадки, метрах в пятидесяти от дома – очага культуры. Дамы дымили сигаретами и громко хихикали, мужчины тихо болтали всякие разные глупости, время побежало с проворством молодого сперматозоида.

А между тем к Дому культуры стекался народ. Мимо наших лавочек шагали серьезные мужчины и сосредоточенные юноши, у всех спортивные сумки и важный вид. Диагноз очевиден – идут на тренировку местной секции ушу. Среди спешащих приобщиться к китайским боевым искусствам мною, помимо мужиков, было замечено и несколько мясистых двадцатилетних теток. Парадоксально – иную дамочку за сорок совершенно не повернется язык назвать кроме как «девушка», а иную девушку автоматически обзываешь «теткой».

Время бежало и бежало. Возникла в отдалении понурая фигура Пети Колесова, потопталась, стараясь обратить на себя внимание, и, никем не окликнутый, Петя исчез, как тень папаши Гамлета. Иссяк поток спешащих на тренировку, а я так и не вычислил в толпе тренера, основного зачинщика здешней секции. Хотя особенно никого вычленять из толпы и не стремился, Светка мешала. Льнула ко мне, заставляла воображение перепрыгнуть часов на шесть вперед и представить, что мы учудим сегодня в ночи на белых простынях.