— Давай посоветуемся… Я надумал пригласить на свадьбу бывшего одноклассника. Сейчас служит в милиции. Сыщик… Как ты, согласна? Боюсь, Васька не впишется в компанию…

В голове Алисы будто заработал проекционный аппарат. На фоне скучных депутатов, банкиров, крупных предпринимателей скромная фигура милиционера неожиданно получилась выпуклой, об"емной… Моя милиция меня бережет… Молодая семья обогатилась еще одным перспективным знакомым — получила собственного сыщика…

А когда невеста умело развяжет сыскарю язычок и тот примется за свои кровавые побасенки — вообще кайф.

Но не следует сразу соглашаться. Будущий муж должен знать свое место.

Не перекладывать мужские проблемы на слабые плечи супруги. Один раз согласишься, два, и незаметно примешься крутить гайки, ремонтировать краны, строгать доски.

— И ты решил получить мое согласие? — с показным недовольством пропела Алиса. — Зря, дорогой. В семье должно существовать четкое разграничение обязанностей. Женщина отвечает за детей, кухню, порядок и… постель. Все остальное лежит на муже.

— Но ты же умненькая. С кем же еще посоветоваться, если не с тобой?

Небольшая пауза наглядно продемонстрировала: уступчивость вынужденная, пусть муж-депутат не расчитывает на ее повторении.

— Ладно, будь по твоему. Спрашиваешь, впишется ли мент в компанию депутатов и бизнесменов? Успокойся, впишется, дорогой, еще как впишется. Постараюсь его раскочегарить… Знаешь ведь мои способности?

Рассказов вздрогнул, как вздрагивает лошадь, вспомнившая про острые шпоры наездника. В свое время Алиса раскочегарила немолодого депутата, так раскочегарила — до сих пор не может остановиться.

— Считаешь — приглашать?

— Обязательно!

— Сыскарь попросил познакомить его с приглашенными гостями. Конечно, заочно.

— Ах, какая мелочь, — вздохнула красавица, закинув руки за голову. Аппетитные холмики отреагировали: вздрогнули, задрожали. — Познакомь.

После второй телефонной беседы Рассказов поехал на выставку. До главного входа его довезла служебная машина — не телепаться же народному избраннику на общественном транспорте? Персональная «волга» и предназначена для такого рода поездок, ничего предосудительного.

Встреча назначена «у баб», то-есть, возле фонтана, получившего идиотское название «Дружба народов». Эта самая «дружба» либо исчезла, либо покрылась широченными трещинами, а вот придуманное идеологами коммунистической национальной политики название осталось.

Дмитрий Иванович медленно шел по широкой аллее. До оговоренного времени

— пятнадцать минут, с учетом обязательного опоздания — все сорок. Ничего с ментом не случится — подождет. Не с сексотом встречается, с депутатом Государственной Думы. Понимать должен!

Столков понимал. Поэтому не дергался, не бегал вокруг фонтана — терпеливо сидел на скамейке, делая вид — читает газету. На самом деле прикидывал что выгодней — отказаться от участие в свадебной церемонии или согласиться? И то, и другое имеет свои плюсы и минусы. Особенно, минусы.

Капитан представил себя в обществе политиков и предпринимателей. Несчастный заяц в окружении волков. Что только ему не предстоит выслушать! Из-за ширмы доброжелательных замечаний и соболезнующих взглядов бедного сыщика осыпят болезненными стрелами. Богатеи и власть имущие вволю повеселятся. Наверно, Димка приглашает милиционера не в качестве школьного друга и земляка — как шута, мальчика для битья.

Нет, нет, издевательств он не выдержит. Придется наотрез отказаться. Конечно, под благовидным предлогом. Скажем, внеочередное дежурство или болезнь супруги…

Когда депутат приблизился к скамейке, Василий уже принял окончательное решение. Отказаться.

— Господи, как же ты изменился? — Рассказов положил руки на плечи капитана и принялся поворачивать его то вправо, то влево. — В школе был худющий, будто скелет, а сейчас — солидный.

— А ты вот не потолстел, — умилился Столков. — Наверно, нелегко быть политиком?

— Не говори, — обреченно вздохнул депутат. — Нервы напряжены, голова вечно кружится. От перенапряжения… Пойдем в ресторацию, посидим, выпьем… Вспомним школьные годы… Кстати, знаешь, что наш математик, Пантюша преставился? Не слышал? Господи, до чего же мы закостенели в Москве!… Здесь неподалеку грузин открыл заведение, подает сухое вино, которое так любил Сталин. Давно мечтал попробовать, да все времени не хватает.

— У меня тоже запарка. Поэтому никуда не пойду, посидим на скамейке, поговорим и разбежимся… Так кого же ты прибомбил в жены? Небось, миллиардершу? Красивая, молодая? Знаю тебя, сластену, ни одной юбки мимо себе даже в школе не пропускал.