"Милостивый государь!

Я получил ваше письмо сегодня, в котором вы удостоили сделать мне два предложения. Первое, чтобы я был вашим поверенным в делах, а второе, чтобы я приехал сегодня к вам. Относительно первого предложения я прошу позволения отказаться от него с благодарностью. Что касается второго, я сообщу вам, что обстоятельства, дошедшие до моего ведома относительно коттеджа в Торп-Эмброзе, делают для меня невозможным принять ваше приглашение. Я узнал, милостивый государь, что мое предложение вы получили вместе с предложением майора Мильроя и что вы отдали предпочтение совершенно постороннему, обратившемуся к вам через агента, перед человеком, который верно служил вашим родственникам два поколения и первый сообщил вам о самом важном событии в вашей жизни. После этого образчика вашего уважения к правам обыкновенной вежливости и обыкновенной справедливости я не могу льстить себя надеждой, что я обладаю качествами, которые позволят мне занять место в списке ваших друзей.

Остаюсь, милостивый государь, ваш покорнейший слуга Джэмс Дарч".

— Остановите посланного! — вскричал Аллэн, с лицом, пылавшим от негодования. — Дайте мне перо, бумаги и чернила! Прекрасные люди живут в здешних окрестностях, все сговорились делать мне неприятности!

Он схватил перо с неистовым вдохновением.

"Милостивый государь!

Я презираю вас и ваше письмо…"

Тут чернила сделали пятно, и писавшим овладела минутная нерешительность.

«Слишком сильное выражение, — подумал он. — Я напишу к нотариусу его же хладнокровным и колким слогом». Он опять начал на чистом листе бумаги:

"Милостивый государь!

Вы напомнили мне ирландскую поговорку: «Вся взаимность с одной стороны». Ваша взаимность вся с одной стороны. Вы отказываетесь быть моим поверенным в делах, а потом жалуетесь, что я отказался быть вашим хозяином".

Он самодовольно остановился над этими последними словами.

«Очень мило, — подумал он. — И аргумент, и меткий намек. Желал бы я знать, откуда взялась у меня такая способность к письмам?»

Он кончил свое письмо двумя фразами:

"Что касается того, что вы отказались от моего приглашения, то я прошу позволения у вас сообщить вам, что мне нисколько от того не хуже. Я безмерно рад, что не имею с вами никакого дела и как с другом и как с жильцом.

Аллэн Армадэлъ".

Он с восторгом посмотрел на свое сочинение, подписал его и велел отдать посланному.

«Толста должна быть шкура у Дарча, — думал он, — если это его не проймет».

Стук колес вдруг напомнил ему, что он должен был делать визиты, и Мидуинтер был на своем посту, прохаживаясь взад и вперед перед домом.

— Прочтите это, — закричал он, бросая ему письмо нотариуса. — Я написал ему ответ.

Он поспешил к гардеробу вынуть сюртук, в нем произошла удивительная перемена. Он не чувствовал теперь неохоты делать визиты. Приятное волнение, возбужденное в нем его ответом Дарчу, внушало ему желание показать себя перед соседями.

«Что ни говорили бы они обо мне, а уж не скажут, что я их боюсь».

Разгоряченный этой мыслью, он схватил шляпу и перчатки и торопливо вышел из комнаты, встретив Мидуинтера в коридоре с письмом нотариуса в руках.

— Не унывайте! — вскричал Аллэн, увидев беспокойство на лице своего друга и тотчас перетолковав его. — Если на помощь Дарча нельзя рассчитывать, Педгифт может нам помочь.

— Любезный Аллэн, я думал не об этом, а о письме мистера Дарча. Я не защищаю этого сердитого господина, то я боюсь, что мы должны согласиться, что он имеет некоторую причину жаловаться. Пожалуйста, не давайте ему другую возможность обвинять вас. Где ваш ответ на его письмо?

— Отправлен! — отвечал Аллэн. — Я всегда кую железо, пока оно горячо. Что слово, то удар — вот моя манера. Пожалуйста, мой милый, не тревожьтесь насчет управительских книг и дня арендной платы. Вот связка ключей, которую отдали мне вчера. Один из них отпирает комнату, где лежат книги управителя. Подите и прочтите их, пока я ворочусь. Даю вам честное слово, что я все устрою с Педгифтом прежде, чем вы меня увидите.

— Постойте, — перебил Мидуинтер, решительно останавливая его, когда он хотел сесть в коляску. — Я ничего не говорю против того, что мистер Педгифт, может быть, достоин вашего доверия, потому что я не знаю ничего, что оправдывало бы мое недоверие к нему, но он не очень деликатно рекомендовал себя и не упомянул, что он знает о недружелюбном расположении к вам мистера Дарча. Подождите немного, прежде чем вы обратитесь к этому незнакомому для вас человеку, подождите, пока мы переговорим об этом сегодня.

— Подождать! — возразил Аллэн. — Разве я вам не говорил, что я кую железо, пока оно горячо? Положитесь на мою наблюдательность. Я рассмотрю Педгифта насквозь и буду поступать, соображаясь с этим. Не задерживайте меня дольше, ради Бога. Я нахожусь в прекрасном расположении поддразнить местных дворян, и, если не поеду тотчас, я боюсь, что жар мой остынет.

С этой превосходной причиной для торопливости Аллэн поспешил сесть в коляску, и, прежде чем можно было остановить его, он уже уехал.