«Кроме Пакса», — сказал себе Коста.

— А почему, собственно? — произнес он вслух. — Быть может, тебе известно, что происходит с кораблем, который отправляют сквозь черную дыру вроде Ангелмассы?

— Нет, но дело не в этом, — ответил Язон. — Главная трудность в том, что эта теория ничего не объясняет и еще больше запутывает вопрос. Если ангелы — это частицы фрагментированных душ, почему все они несут добро? Почему среди них не встречаются злые демоны?

— Ты уверен в этом? — осведомился Коста. — Как можно проверить такое?

— Честно говоря, понятия не имею, — признался Язон. — Но Верховный Сенат и Институт, похоже, знают.

— Ну-ну.

Язон вскинул руки ладонями вверх:

— Время от времени человек вынужден доверяться другим людям.

— Возможно, — нехотя согласился Коста. — Но это еще не значит, что я должен поступаться своим мнением.

Дверь вновь распахнулась.

— Господин Джереко?

— Я здесь, доктор Кахенло, — сказал Коста, щурясь от яркого света.

— Я вижу, вы наблюдаете за Ангеликой, — заметила Кахенло, подходя к своему столу. — Как у нее дела?

— Кажется, ей снятся сны, — ответил Коста, выключая монитор и приближаясь к женщине. — Вы что-нибудь выяснили?

Кахенло кивнула:

— Сразу два обстоятельства. Во-первых, данные, которые вы получили на «Газели», совершенно точны. За последние полтора года действительно были зафиксированы четырнадцать всплесков радиации, хотя не таких сильных, как нынешний.

— И насколько же он был силен? — спросил Язон.

— Чрезвычайно, — хмурым голосом ответила Кахенло. — Волна, которую зарегистрировал Джереко, погубила экипаж, проникнув сквозь корпус из многослойного металла.

Язон негромко присвистнул, потом повернулся и посмотрел на Косту.

— Надеюсь, это был не твой экипаж.

— Нет, — ответил Коста, поежившись при воспоминании о случившемся. — Но мы были недалеки от гибели.

— В этом и заключается второе интересующее нас обстоятельство, — сказала Кахенло, нажимая клавиши. — Анализ ваших результатов еще не закончен, но на данный момент все выглядит так, словно коническая зона слабой радиации была создана искусственно. Мы построили следующую картину… — Она повернула монитор к Косте.

Коста хмуро посмотрел на экран. Центральная размытая линия всплеска оставалась на месте, но внешний конус превратился в хаотическое нагромождение пятен.

— Этого не может быть, — заспорил он. — Несмотря на то что «Газель» пересекала район всплеска по кривой, данные о напряженности поля излучения укладывались на симметричную поверхность.

— По всей видимости, ваш компьютер аппроксимировал их конусом. — Кахенло кивнула. — Мы провели более сложный анализ, приняв во внимание тот факт, что ваши наблюдения были ограничены как в пространстве, так и во времени. Вдобавок нам удалось точнее подогнать их к общепринятой теории черных дыр.

Коста пристально посмотрел на нее.

— Что значит — подогнать? По-моему, нужно было обработать измерения в первоначальном виде и посмотреть, какой из них следует вывод.

— Мы так и сделали, — сказала Кахенло. — Но постановка эксперимента и сущность явления, которое вы наблюдали, привели к тому, что ваши данные содержат не так много информации. Согласуя их с теорией, мы надеялись получить более достоверное объяснение.

Коста выпятил губы. Он был вынужден признать, что Кахенло действовала по стандартной методике, которая, впрочем, практически не выходила за рамки тонкой подгонки кривых. В обычной ситуации он не увидел бы в этой процедуре ничего предосудительного.

Но сейчас она по какой-то причине не удовлетворяла его. Коста сам не знал, по какой именно.

— И что же дала ваша теоретическая подгонка? — спросил он, не без труда заставляя себя сохранять непредвзятость.

Кахенло пожала плечами.

— Примерно то, чего я и ожидала, — ответила она, нажимая клавиши и выводя на экран цифры. — Скорее всего мы наблюдаем эффект самофокусировки радиации, вероятно инициированный внезапным притоком гравитационной энергии.

Коста склонился над столом, рассматривая цифры. Предположение Кахенло буквально напрашивалось само собой: падение достаточно тяжелого объекта в Ангелмассу действительно могло вызвать всплеск интенсивности излучения черной дыры выше порогового значения, за которым начинается самофокусировка.

И все же…

— Как вы думаете, откуда взялся этот объект? — спросил он. — Ангелмасса не настолько велика, чтобы поглотить такую энергию.

— Верно, — согласилась Кахенло. — Вдобавок эффект самофокусировки не мог длиться столь долго, поэтому то, что случилось, представляется весьма загадочным. Мы полагаем что масса, вызвавшая всплеск, была частью одного из кораблей. Либо экипаж выбросил что-то за борт, либо Ангелмасса притянула к себе вещество выхлопа двигателей. Мы пытаемся выяснить это.