Из люка донеслось тихое шипение. Внимательно присматриваясь к. стыкам в поисках инея на месте утечки, Чандрис выругалась.

Будь он проклят, этот Коста.

Импульс пересек экран; ровная горизонтальная линия, ничего особенного.

— Видел? — спросил Краюров.

— Видел, — сказал Коста.

— Хорошо. — Краюров нажал несколько клавши. — Смотри, что будет теперь.

Импульс вновь начал чертить линию, но на полпути чуть замедлил свое продвижение. Нырнув вниз, он описал нечто вроде параболы и возобновил горизонтальный ход уровнем ниже.

— Вот, — с мрачным удовлетворением произнес Краюров. — Узнал?

Коста покачал головой:

— Нет. А что, должен был?

— Ради всего святого, где твои мозги? — проворчал Краюров. — Это кривая отклика логической цепи Лэнтриллина. Слышал, надеюсь?

Коста кивнул, охваченный оцепенением и чувством нереальности происходящего. Разумеется, он знал о логических цепях Лэнтриллина. Пятьдесят лет назад на их основе строились самые мощные компьютеры Пакса серии «Супермастер». Одно время их считали ключом к созданию по-настоящему разумного искусственного интеллекта.

Но для того, чтобы воспроизвести их отклик…

— И вы располагаете всего лишь девятью ангелами? — Голос Косты эхом отозвался в его собственных ушах.

— Именно. — Ответ Краюрова тоже прозвучал необычно. — Девять ангелов, размещенные в узлах решетки три на три. Если не веришь, можешь сосчитать сам.

— Решетка, которая должна быть электронейтральной, — добавил Язон.

— Теоретически, — проворчал Краюров. — Но, поскольку такое поведение ангелов не предусматривается никакими теориями… кто знает?

Коста пытался стряхнуть с себя оцепенение.

— Когда вы собираетесь опубликовать эти результаты? — спросил он.

Глаза Краюрова расширились.

— Ты слишком многого от меня хочешь, Джереко. Я обнаружил эффект лишь сегодня утром, вдобавок он проявляется лишь в двух случаях из ста. Мы только в начале пути.

— Понимаю, — сказал Коста. — Но мне кажется, предварительный отчет мог бы…

— Вызвать настоящую бурю, — вмешался Язон. — Суди сам, Коста, в Институте достаточно людей, которые отрицают идею о том, что ангелы — это кванты добра. Представляю, что они скажут, если ты заявишь им, будто бы ангелы могут оказаться квантами разума.

— К тому же публиковать такие результаты было бы преждевременно, — добавил Краюров. — Допустим, решетка ангелов три на три способна имитировать один из лэнтриллиновских откликов. Как насчет решетки четыре на два? Или три на три с одним пустым узлом? Как поведет себя сферическая конфигурация или та же квадратная решетка, но растянутая? Или…

— Сдаюсь, — перебил Коста, подняв ладонь. — Вы меня убедили.

— Прекрасно. — Краюров буравил его взглядом. — Тогда уразумей следующее: ты оказался здесь только благодаря Язону, который решил, что это тебя заинтересует, и уговорил меня продемонстрировать тебе эксперимент. Если ты проболтаешься до того, как доктор Кахенло даст «добро», меня отправят к биологам мыть пробирки.

— Понимаю, — сказал Коста. — Поверь, я умею хранить секреты.

— Надеюсь. — Краюров повернулся к экрану, задумчиво морща лоб. — И все же, что ты об этом думаешь? Только честно.

Коста медленно покачал головой.

— Теряюсь в догадках, — признался он. — Я не могу отделаться от мысли о том, что охотники были правы.

— Ну да, теория о чужаках, попавших в ловушку. — Краюров кивнул, кривя губы. — Я привык считать ее чересчур примитивной, но теперь не уверен в этом.

— Давайте не будем увлекаться мистикой, — предостерег Язон. — Нет никаких причин, мешающих ангелам быть квантами добра и разума одновременно.

Краюров негромко присвистнул.

— Вот так идейка! Я скорее поверил бы в чужаков.

— Не беспокойся, — сухо сказал ему Язон. — Я тоже экспериментатор. Что я знаю о теории?

— Теоретики без труда перечислят множество явлений, куда более необычных, чем наша находка, — бросил Краюров. — С десяток из них объявят о своих открытиях уже к середине того дня, утром которого мы опубликуем свои результаты.

— Кое-кто из моих знакомых теоретиков — и того раньше, — согласился Коста. — Могу ли я помочь тебе и доктору Фрешни в решении этой загадки?

— У тебя полно своих… ах да, — перебил себя Краюров, посмотрев на Язона. — Джази сказал мне, что сейчас ты не у дел. М-да. — Он задумчиво поскреб подбородок. — Может быть, мы найдем тебе применение. Но сначала я должен посоветоваться с Фрешни.

— У вас будет много работы, — напомнил Коста. — Лишняя пара рук ускорит дело.

— Верно, — признал Краюров. — С другой стороны, Фрешни может предпочесть быстроте секретность.

— Но я уже все знаю, — возразил Коста. — И многое умею — доктор Кахенло поручится за меня.