– Не стоит медлить, приятель! Мои гребцы всегда готовы, на случай если они вдруг понадобятся его светлости; так что не успеете вы сесть в лодку, как они домчат с ветерком'.

Увидев в гавани как минимум с дюжину галер и баркасов, Майкл наконец успокоился. Вскоре он уже был на борту одной из галер в окружении трех дюжин вооруженных до зубов гребцов. Еще одна галера готовилась к отплытию неподалеку.

– Я посылаю с вами вторую галеру и надеюсь, что вы доберетесь благополучно, – сказал Гауэр. – Куда вы поплывете – в Дуарт или в Лохби?

Изобел задумалась.

– До Лохби плыть дольше, – наконец проговорила она, – а значит…

– Ничего это не значит. Двадцать лишних миль – ерунда: если ветер по-прежнему будет дуть с северо-востока, моим гребцам не придется сильно напрягаться. Я прикажу, чтобы на обратном пути они посетили его светлость в Ардторниш – не найдется ли у него каких-нибудь поручений?..

– Тогда, если не возражаете, прикажите им плыть в Лохби, в этом случае мне не придется объяснять все по два раза – сначала Лахлану Лубанаху, а потом еще и Гектору.

Вскоре они отчалили, а когда галеры, достигнув устья озера, вышли в открытое море, ускорили ход.

Сидя рядом с мачтой, Майкл смотрел на Изобел. На нем по-прежнему были рубаха и куртка Маттиаса, Изобел же надела голубое платье для верховой езды и серый плащ. Майкл не пытался завязать с ней разговор, и путешествие продолжалось в молчании.

Постепенно Майкл начал замечать, что Изобел зябко кутается в свой плащ – ее явно клонило ко сну. Майкл вспомнил, что к тому времени, когда они пристали к берегу возле деревни Кайл-Ри, она сильно промокла, и ему инстинктивно захотелось защитить ее. Интересно, отзываются ли предупреждения сестры эхом в ее ушах?

Изобел плотнее завернулась в плащ, жалея о том, что утром надела для прогулки лишь старенькое голубое платье, а не что-нибудь потеплее. Высокий нос галеры предоставлял некоторую защиту, но северо-восточный ветер все равно холодил спину. Впрочем, Изобел чувствовала себя настолько уставшей, что и прохладный морской воздух был не в состоянии помешать сну. Постепенно ее голова склонилась, и вскоре усталость взяла свое. Изобел сама не заметила, как заснула.

Когда она проснулась, то обнаружила, что голова ее находится в весьма удобном положении и ей гораздо теплее – очевидно, кто-то накинул на нее толстый холщовый парус или еще один плащ. Еще находясь в полудреме, Изобел почувствовала, что какофония всплесков весел и клацанья уключин прекратилась; теперь она не слышала ничего, кроме свиста ветра, скрипа мачт и плеска волн, бившихся о борт.

Даже не открывая глаз, Изобел знала, что гребцы оставили весла, отдыхая, – судно и без того идет быстро, подгоняемое ветром.

Всего в нескольких футах от Изобел послышался крик чайки, и она с трудом разлепила один глаз, ожидая, что увидит Майкла, сидящего напротив, но его там не было. Вместо него Изобел увидела лишь двух чаек, кружившихся над галерой в надежде поживиться какой-нибудь едой. Тогда она пошевелилась и с удивлением обнаружила, что ее опора тоже шевелится.

Изобел инстинктивно отпрянула и осторожно оглянулась: на нее, улыбаясь, в упор смотрел Майкл. Как оказалось, Изобел спала, склонив голову на его широкую грудь, а он обнял ее рукой за плечи.

– Тише, крошка! – прошептал Майкл. – Ну как, хорошо спалось?

– Что вы себе позволяете, сэр?! – вспылила Изобел. – Мы с вами почти незнакомы…

– Прошлой ночью это тебя не смущало. – Глаза Изобел округлились.

– Что вы имеете в виду?

– Прошлой ночью ты прижалась ко мне, как котенок, и так проспала до утра.

– По-моему, вы что-то путаете!

– А вот и нет. Ты спала, прижавшись ко мне, и, если бы я не проснулся раньше, так бы и продолжала спать.

Изобел поежилась. Не хватало еще, чтобы Адела увидела ее в таком положении. Она осторожно покосилась на гребцов, но никто из них даже не обернулся; к тому же Майкл говорил тихо, так что вряд ли кто-то обратил внимание на его слова.

– Я боялся, что ты свалишься со скамьи во сне, – принялся оправдываться Майкл. – Я был бы чудовищем, если бы не попытался это предотвратить!

– Но вы могли просто разбудить меня, сэр. Кругом полно людей.

– Гауэр поклялся мне, что на них можно положиться.

– И все же…

Майкл повернул ее лицо к себе и посмотрел ей в глаза.

– Скажи, ты на самом деле считаешь, что мало знаешь меня?

– Мы с вами встретились только вчера, сэр! Мне даже не известно, кто вы.

– Неправда. – Майкл был по-прежнему невозмутим. – Ты уже успела достаточно хорошо узнать меня, а я тебя. Мне с тобой так уютно, как будто я знал тебя всю жизнь…

Изобел в глубине души и сама не могла отрицать, что чувствует то же по отношению к Майклу. Не странно ли – испытывать подобные чувства к почти незнакомому мужчине? Майкл по-прежнему держал ее за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза, и это вызывало у Изобел странные чувства, которые она сама не могла определить. По крайней мере это не было ей неприятно, и она не пыталась освободиться от его руки.