Поглощенный воспоминаниями о прошлом, Брент прошел за сарай и через парк вышел к реке. Подойдя к валуну, он выдернул из земли сухой сорняк. Сунув его в рот, он, пожевывая травинку, продолжал вереницу размышлений.

Доведенная до отчаяния и покинутая – так она считала – Тейлор вышла замуж за двоюродного брата Мариль Джеффри. Он был неплохим человеком и полюбил ее. Брент не таил на него зла, несмотря на то, что именно Джеффри, хотя и косвенно, заставил его бежать без Тейлор. Джеффри знал, чьего ребенка носит под сердцем Тейлор, когда женился на ней, и знал, что она любит отца своего будущего ребенка. Но с этим любовь к ней не уменьшилась. Да, Джеффри Стоун был хорошим человеком. Его смерть, как и все остальные за эти ужасные четыре года явилась печальной утратой.

– Может быть, они неправы, скрывая от Бренетты всю правду? Но что это может изменить? В таком юном возрасте невозможно понять все, что им пришлось пережить, тот риск и страдания из-за своей любви.

Нет, подумал Брент. Лучше всего, если они никогда не расскажут ей. Никто во всей округе, кроме Мариль, не знал всей истории. Бренетта выросла в Айдахо, где не подвергали сомнению брак ее родителей. Она выросла, окруженная любовью и спокойствием, а не стыдом и недоверием.

– И, черт побери, она никогда ничего и не будет знать, кроме любви, с моей помощью, – сказал Брент, обращаясь к реке, бросая в нее сорняк и наблюдая, как он стремительно уплывает по течению.

Март 1880 – Нью-Йорк Сити.

Резкий ветер со свистом вырывался из-за угла здания, задувая в лицо, пока он выходил из кареты. Вполне подходящая погода для настроения Рори. Он быстро схватился за шляпу, чтобы ее не сдуло, стремительно направляясь к двери, услужливо открытой для него улыбающимся швейцаром.

– Доброе утро, мистер О'Хара, – поприветствовал он Рори.

– Доброе утро, – последовал краткий ответ.

Его окаменевшее лицо предупреждало служащих, что в этот день лучше обращаться к нему по крайней необходимости и большинство из них с деловым видом склонились над бумагами. Рори прошел в свой кабинет, плотно закрывая за собой дверь.

Небрежно бросив шляпу на вешалку, он снял пальто и сел за стол, повернувшись затем на стуле лицом к окну.

Нью-Йорк. Оживленное место, врата Америки, Монополия коммерции, промышленности, капитала и возможностей, являющееся приютом бездомных, нищих, и потерявших надежду. Рори был сыт всем по горло; он выдохся. Утром он проснулся с мыслью невыносимости этой жизни. Как только он все устроит, он уедет домой в Айдахо. Если он не нужен Бренту на «Хартс Лэндинг», то будет добывать пропитание на другом ранчо. Это не имело значения, главное выбраться из Нью-Йорка.

На робкий стук в дверь последовало ворчливое «Входите».

Миссис Уолтере, молодая вдова, занявшая место его секретаря, мистера Джексона, приотворила дверь ровно настолько, чтобы просунуть голову.

– Я принесла вашу корреспонденцию, сэр.

– Спасибо, миссис Уолтере. Положите на письменный стол.

Невзрачная маленькая женщина, одетая в простое черное платье, со скромно зачесанными назад волосами, собранными на затылке в пучок, быстро повиновалась. За краткое время, проведенное здесь, она научилась распознавать дурное настроение шефа и оставлять его, по возможности, в покое до тех пор, пока не сменится его настроение. Наблюдая, как она торопится покинуть кабинет. Рори вздохнул. Бог мой! – подумал он. Я стал настоящим тираном. Нет, мне действительно, пора убираться отсюда.

Просматривая конверты, он обратил внимание на небрежный почерк Мартина. Сомневаюсь, хочется ли ему узнать, что нового в «Спринг Хейвен», и все же не в силах противиться, он распечатал письмо и начал читать его.

Дорогой Рори.

Ты с трудом узнаешь имение, которое оставил. В подготовке к большой свадьбе буквально все переделывается, заменяется, переставляется, благодаря усилиям дядюшки Брента и тетушки Тейлор. (Мой отец, должно быть, переворачивается в гробу!)

Алан заявляет о своем присутствии на полях. Я могу уже заметить, что урожай будет вдвое больше прошлогоднего. Он заставляет парней и меня вкалывать, как негров, – но так же поступал и ты! – И я, честно говоря, ничего не имею против. Наверное, он мне все-таки нравится. Я сомневался, стоит ли маме выходить за него замуж, но думаю сейчас, что все было правильно. Он довольно забавный внешне, как я уже писал тебе раньше, и семья его не из знатных, насколько я слышал, но он справедлив со всеми и любит маму. Мне кажется, ты не узнал бы ее, настолько она счастлива.

Стюарт Адамс, предположительно, вернется буквально на днях, и я искренне рад этому. Нетта слоняется, безучастная ко всему, как заболевший теленок. Ее Очаровательный Принц не увлекается писанием писем.

Меган по-прежнему ведет себя странно. Мне даже кажется, что это – совсем другой человек. Иногда создается впечатление, что она смотрит внутрь тебя, делая глаза жесткими и холодными, как лед. Ты поймешь, что я имею в виду, когда приедешь на свадьбу.