– Я тут уже минут двадцать сижу, смотрю новости. – Он ловко стал обсасывать рыбку. – Рассказали про театральные премьеры, про юбилей какого-то ученого, даже про гигантских размеров скульптуру Петра I.

– Где-то устанавливают, что ли? – вяло поинтересовалась женщина. – От Церетели?

– Да нет, какие-то наши скульпторы на пляже из песка изваяли. Где-то под городом.

– Зачем?

– Ну ты, мать, и вопросы задаешь, – пожал плечами мужчина, доедая небольшую рыбку, – спроси у дураков. Жизнь – она такая, пока одни по помойкам пропитание добывают, другие из песка скульптуры ваяют. Одна голова, говорят, метров двадцать пять в диаметре. Церетели тут и не валялся.

Женщина, между тем, достала из небольшой сумочки обшарпанный мобильный телефон, чем вызвала нескрываемый восторг своего соседа по столику, и несколькими нажатиями активировала функцию «Bluetooth» – поиск устройств. На экранчике высветилось несколько идентификаторов мобильников из числа присутствующих в рюмочной.

– Отвали, – бомжиха довольно грубо отшила приставания своего соседа, который пытался ухаживать, вспомнив несколько словосочетаний из глупой молодости, вроде: «Можно ли узнать номер вашего телефона?» и тому подобных.

Женщина нашла то, что искала, сбросила невидимому абоненту звуковой рингтон и стала ждать. Ответ пришел спустя всего минуту: «Через пятнадцать минут. Третья урна слева от входа на кладбище».

– Держи. – Женщина сунула своему неудачливому ухажеру остаток корюшки, кинула мобильник в сумочку и спокойно направилась к выходу.

Отойдя от рюмочной метров на пятьдесят, она остановилась, закурила папиросу и внимательно огляделась. Докурив и не заметив ничего подозрительного, двинулась в сторону входа на Смоленское кладбище.

Подойдя к указанной в сообщении урне, бомжиха, ни у кого не вызывая подозрения, спокойно, профессионально и деловито обшарила ее содержимое, что-то отбросила, а небольшой сверток положила в сумочку и, сунув в полиэтиленовый пакет несколько бутылок, двинулась в сторону Смоленки.

Никто, кроме женщины, не обратил внимания на припаркованную невдалеке скромную «Тойоту». Едва женщина сунула сверток в сумку, машина как бы невзначай просигналила габаритами и умчалась.

Бомжиха же снова закурила, остановившись у обочины дороги, еще раз внимательно осмотрела местность, раскрыла сумочку и надорвала пакет. Вид нескольких пачек стодолларовых купюр ее, очевидно, успокоил. Женщина закрыла сумочку, резким взмахом руки остановила проезжавшее мимо такси, проворно села, настороженно поглядывая в заднее стекло, назвала адрес, и спустя несколько секунд желтая машина влилась в густую ленту городского транспорта.

К неожиданным и срочным вызовам начальства Полундра, как и его наставник, привык. Поэтому спустя двадцать минут после разговора с Геннадием Геннадьевичем старший лейтенант Сергей Павлов постучал в дверь комнаты, которую занимал его командир, и, получив разрешение войти, доложил:

– Товарищ капитан третьего ранга…

– Готов, да? – перебил его Малиновский. – Ну, тогда поехали, Сережа. Дело, по всему видно, нешуточное. – И он кивнул головой на поджидающий их автомобиль. Если судить по номерным знакам, принадлежал он не кому-нибудь, а начальнику разведуправления Балтийского флота капитану первого ранга Васюте. Значит, это вызов не просто потому, что где-то произошла внештатная ситуация и требуется помощь опытных водолазов. Тут замес покруче…

Всю дорогу до Санкт-Петербурга офицеры проехали молча. Молча же прошли по коридорам здания штаба Балтийского флота и вошли в кабинет Васюты.

– Здравствуйте, Геннадий Геннадьевич, – тепло поприветствовал Малиновского главный морской разведчик. – Здравствуйте, Сергей Анатольевич. – Капитан коротко кивнул Полундре и жестом пригласил их занять место у стола, всю поверхность которого покрывала огромная карта города и области.

– Докладывать буду коротко, – сразу приступил к делу Васюта, дополнительно активировав огромный, в полстены, плазменный экран. – О взрывах слышали?

– Так точно, Юрий Сергеевич, – досадливо качнул головой Малиновский, – невеселая история…

– Верно, – согласился капитан первого ранга и подал боевым пловцам две папки с документацией, – хорошего тут мало. Так вот, – продолжал он, – проанализировав все возможные варианты и изучив полученные данные экспертов, оперативный штаб, который возглавляет заместитель начальника ФСБ полковник Зубатов, пришел к выводу, что все эти самодельные взрывные устройства, замаскированные под речной мусор, спущены на воду в одном месте: юго-восточнее города, где-то в районе впадения в Неву рек Тосна и Мга. Взрывы произошли в течение суток. – На плазменном экране загорелись восемь красных точек. – Здесь, здесь, здесь и здесь, – прошелся по экрану капитан первого ранга. – Получается, где-то здесь, – на плазменном экране высветилась предполагаемая область, – а может, и еще выше, – тяжело вздохнул Васюта. – Не исключаю и один из небольших притоков Невы…

– Я так понимаю, товарищ капитан первого ранга, что подразумеваются взрывные устройства с часовым механизмом? – поинтересовался Полундра и, получив в ответ утвердительный кивок головой, продолжал: – А если эти плавучие бомбы радиоуправляемые? Из докладов, – Сергей кивнул головой на папку с документацией, – ясно, что заряды небольшие, серьезной угрозы промышленным и стратегическим объектам города они не несут. Так?

– Ну, так, – снова кивнул головой разведчик.

– А раз так, то террористы, или кто они там, преследуют одну цель – посеять панику, – продолжал Полундра, – и для этого снабженные таймером устройства мало подходят. Тут нужен эффект массовости, как взрыв на пляже. Я считаю, что это радиоуправляемые устройства. Стоит эдакий рыбачок на набережной с удочкой-антенной, засекает на определенной частоте сигнал мины, ведет ее и в нужный момент дает команду на взрыв. В противном случае, если бы устройства работали от столкновения, добрый десяток взрывов прогремел бы еще до того, как попасть в город. В тех же притоках Невы.