– Черт! – Морской Волк принимал от старпома ящики, стоя в лодке. – Быстрей.

Даргель перебрался на корму, Макаров что было силы оттолкнулся от камня веслом. Груженая лодка не слишком послушно сдвинулась с места, погнав перед собой валик волны. Илья Георгиевич и Николай буквально врезали весла в стены, наваливались на них, продвигая лодку по тоннелю. Вода уже поднялась на полметра, свод стал ближе, приходилось пригибаться.

– Смотри. – Изловчившись, командир подхватил фонарь и посветил по направлению движения.

Впереди свод спускался почти к самой воде, оставляя свободным лишь узкую полоску свободного пространства.

– Если сейчас не прорвемся, можем и не выскочить до начала отлива, – справедливо заметил Даргель, – дальше свод поднимается, я это хорошо помню. Раз, два, три…

Мужчины синхронно сработали веслами и легли на дно лодки, идущей по инерции. Свет фонаря ярко высвечивал стремительно проносившийся над ними неровный песчаник. Зашуршал по камню правый борт. Морской Волк, оттолкнувшись рукой от свода, выровнял лодку. Та еще пару метров прошла по инерции, а затем застряла, упершись задранным носом в свод.

– Осторожно, главное не порвать корпус о скалу, – напомнил Макаров, – пошли в одно касание.

Старпом тоже уперся руками в свод, лодка чуть опустилась, осев в воде, продвинулась на полметра.

– И еще…

На этот раз лодка уже наклонилась, вода полилась через надувной борт. Срывая с ладоней кожу, отплевываясь от осыпавшегося на них песка, старпом и командир черепашьим шагом продвигались по тоннелю.

– Вот тебе и размялись. – Макаров на этот раз помогал себе уже и ногами.

– А кто обещал, что будет легко? – хрипло выдохнул старпом.

Лодка выскочила в большой грот, как пробка из бутылки, на нее тут же упал луч прожектора с рубки «Макарова».

– Ну и вид у тебя, – криво усмехнулся командир, глядя на прищурившегося от яркого света старпома в мокром, перепачканном комбинезоне, – хотя и у меня не лучший.

В подоспевшей надувной лодке сидел каплей, облаченный в гидрокостюм, баллон с воздухом лежал у его ног.

– Я уже собирался за вами, товарищ командир. Прилив начался.

– Это мы и сами поняли. Выпускной люк торпедного аппарата освободил?

– Было, как вы и говорили, ветошь зажало.

– Видишь, из-за одной тряпки столько неприятностей.

Вода поднималась. Вскоре стало ясно, что мини-субмарину нельзя оставлять в надводном положении, ее рубку от свода грота отделяли уже только полтора метра. А аккумуляторные батареи не набрали еще и половины заряда. Риск повредить антенну и перископ с его ненадежным уплотнителем диктовал следующее решение.

Макаров скомандовал:

– Все вниз, приготовиться к погружению!

Ящики с продуктами и медикаментами еще стояли на центральном посту, на их перенос внутри лодки не стали терять времени, а люк уже был задраен, и подлодка стала погружаться.

– Все хорошо, что хорошо кончается, – усмехнулся серьезному старпому командир, – заляжем на грунт, а с наступлением темноты выйдем из грота, синоптики обещали туман, тогда и подзарядим батареи.

Акустик доложил, что большой противолодочный корабль начал движение.

– Уходит? – предположил Даргель.

– Возможно, – не спешил делать оптимистические выводы командир. – Пока это говорит лишь о том, что они сумели восстановить часть оборудования после импульса, посланного нашей антенной.

И тут прозвучал далекий взрыв, чуть слышный без приборов. Акустик подтвердил, что возобновлено глубинное бомбометание.

– Не поверили нашей уловке, – сказал Даргель.

– Поверили, – убежденно произнес командир, – иначе бы шли противолодочным зигзагом, а так БПК идет по периметру острова. Сбросят все бомбы и уйдут на базу.

Взрывы звучали глухо, в отдалении. А вскоре и вовсе смолкли.

– Уходят, – доложил акустик.

Морской Волк посмотрел на часы.

– Уже темнеет, будем выбираться. Через два часа – сеанс связи с плавбазой. Нельзя опаздывать, мы можем понадобиться в любой момент…

…Сонар показывал, что вода уже полностью заполнила грот, исчезла и тонкая воздушная прослойка под самым куполом свода, значит, окончательно затоплен был и выход из грота в океан. Но для субмарины это не являлось препятствием. Бортовой компьютер отсканировал и записал в своей памяти все повороты и конфигурацию естественного тоннеля грота и теперь мог в считаные секунды выдать курс для возвращения.