– Линн…

– Ладно, перемирие, – она подняла руку. – Он тебе не нравится. Всего лишь грубиян и негодяй, и я буду держаться от него подальше.

– Совершенно верно.

Белль быстро пересказала Линн все, что произошло в «Шедоуз Нуар» с момента ее приезда, включая запланированную утреннюю прогулку верхом с Трейсом, которую пришлось отложить.

– Так что заставь его прокатиться с тобой верхом. Он будет ждать, что ты его об этом попросишь.

Линн кивнула.

– А ты чем собираешься заняться?

– Попытаюсь проникнуть в офис Томаса Браггетта.

– В офис?! – взвизгнула Линн. – Где его убили?

– Да.

– Зачем?

– Чтобы обнаружить улики, дурочка! – огрызнулась Белль, стараясь скрыть за резкими словами страх. Она не испытывала большого желания посетить место убийства и понятия не имела, как это сделать. Страшно даже подумать, что придется отправиться туда ночью, но это время – самое разумное. Риск слишком велик, если попытаться сделать это среди бела дня.

– Белль, не фыркай на меня, я делаю то, что ты хочешь.

Белль сразу же раскаялась, как бывало всегда, когда она срывала на сестре свое плохое настроение.

– Прости меня, я очень беспокоюсь за папу, – она натянуто улыбнулась и подтолкнула Линн к двери. – Теперь тебе лучше поскорее отправиться на плантацию. Они все еще разговаривали, когда я улизнула, и…

Линн замерла.

– Улизнула? Ты об этом не сказала. Почему ты сбежала тайком?

– Потому что не хотела, чтобы один из них предложил проводить меня в город, вот почему.

– А…

– Поэтому повторяю, тебе лучше ехать. Не признавайся, что ездила в город. Просто скажи, что покаталась по дороге, чтобы немного проветриться. И помни, теперь ты – это я, поэтому тебя зовут Белль Сент-Круа.

Линн вздохнула.

– Господи, какая неразбериха. Я только-только начала привыкать, что меня зовут мадемуазель Боннвайвер.

– У тебя все получится.

У дверей Линн снова помедлила.

– Как мне с тобой связаться?

– Никак. Просто смотри во все глаза и слушай во все уши. Я сама тебя найду, когда возникнет необходимость. Если появятся проблемы, просто уезжай и возвращайся сюда. Поняла?

Линн кивнула.

– Вот и хорошо. Держись поближе к Трейсу. Заставь его поверить тебе, разговори. Необходимо узнать о нем как можно больше, если верны слухи, что отец целенаправленно разрушил его политическую карьеру.

Белль смотрела вслед сестре, пока та не свернула за угол к лестнице, затем облегченно вздохнула, торопливо закрыла дверь, пошла к креслу у камина и буквально рухнула в него.

Она положила голову на спинку кресла и закрыла глаза. В сознании сразу возник образ Трекстона Браггетта. Его глаза озорно сверкали, а сам он был слишком самоуверен. Этот мужчина приводил ее в ярость, он был распутником самого низкого пошиба, явный повеса… но она не могла заставить себя не думать о нем. Белль встала и подошла к туалетному столику с высоким зеркалом.

Но не Трекстон Браггетт являлся причиной ее нежелания возвращаться в «Шедоуз Нуар».

«Ты уверена?»

– Да, уверена, – вслух огрызнулась она на вопрос внутреннего голоса, который, похоже, всегда интересовался мотивами ее поведения, когда Белль не хотела о них думать. – В городе тоже есть дела, и я уверена, что Линн они не под силу, – легко представить, как Линн грохнется в обморок, стоит только предложить ей проникнуть в офис Томаса Браггетта.

Белль взяла сумочку, лежавшую на маленьком столике у дивана, убедилась, что Линн положила туда ключ от номера, и направилась к лестнице. На площадке она задержалась и опустила вуаль маленькой зеленой шляпки в тон платью.

Белль спустилась по лестнице. Ей, конечно, не следует покидать отель среди бела дня, но, к сожалению, выбора не было. Если она собирается ночью проникнуть в офис, следует сначала узнать, где расположено здание, чтобы сразу найти дорогу после наступления темноты. В конце концов, Белль не желала находиться ночью на улицах дольше необходимого.

Пьер Луши, который только что доставил записку одному из аукционистов в центре вестибюля, остановился, увидев спускающуюся по лестнице Линн.

– Мадемуазель Боннвайвер, добрый день, но, – он нервно рассмеялся, – могу поклясться, я только что видел, как вы уходили.

Белль, поглощенная созерцанием аукционов, не слышала и не видела улыбающегося администратора.

– Мадемуазеь Боннвайвер? – Пьер коснулся руки Белль.

Ошарашенная, девушка отпрянула назад.

– Ч-что?

– Прошу прощения, мадемуазель, но я говорю, что видел, как всего лишь несколько минут назад вы покидали отель в платье для верховой езды. Надеюсь, ничего не случилось?

– Случилось? – Белль покачала головой. Проклятие. Она понятия не имела, кто он такой, но, очевидно, этот человек видел, как Линн выходила из отеля. – О нет, я просто передумала, вот и все. Насчет прогулки верхом.