Шрифт:
Ей недостаточно было завладеть сердцем мужчины и безжалостно растоптать его. Нет, жена решила уничтожить заодно и Роджера. Будь она проклята!
Видимо, Сирена принялась за Роджера, как только тот вернулся после засады, а затем бросила, заставив страдать. Сколько же мужчин перебывало в ее постели, пока они оба сражались не на жизнь, а на смерть? Сирена обманывала его на каждом шагу, а он как последний олух простодушно верил в ее любовь. И напрасно, поскольку, как жена сама призналась в записке Роджеру, любовь не для нее. Сирена – ведьма, прошедшая выучку у самого дьявола. Ее ангельский облик ослепляет мужчин до такой степени, что они не способны распознать правду, пока не становится слишком поздно.
В ту ночь капитан Грейсон дал себе клятву, что никогда больше не доверится женщине, тем более такой бессер-дечной и вероломной, как Сирена. Конечно, он не откажется от услуг какой-нибудь смазливой бабенки, но как только та наскучит, не замедлит выставить ее за дверь. Никогда больше Трейгер не произнесет слова любви, ибо этого чувства не существует. Так, временное помрачение рассудка.
Сирена не нужна ему, да и он ей не нужен. Разве не повторяла она это тысячу раз? И почему он не слушал? Мог бы сообразить, что девица просто забавляется, насмотревшись, как она водила за нос Брендона Скотта, а затем опозорила его на глазах у старших офицеров. Трейгеру бы сразу понять, с кем связался, когда она согласилась выйти замуж за Роджера, практически не зная его, лишь бы настроить братьев друг против друга.
Он был зол и до предела измучен, но боялся заснуть. С ночной темнотой всегда приходили воспоминания о Сирене, а Трейгер не хотел никогда больше ни видеть ее, ни думать о ней. И тогда капитан Грейсон клятвенно пообещал себе, что раздавит эту колючую розу, попадись она ему снова. Но сначала объяснит, что Сирена не заслуживает ничего, кроме презрения, и потребует назад свое сердце.
Увы, она явилась во сне, как только его веки сомкнулись. Трейгер слишком устал, чтобы сражаться с видениями, таившимися в уголках его сознания, и в ту ночь позволил памяти о Сирене терзать себя в последний раз. Но с первыми лучами нового дня он похоронил сладостную боль воспоминаний.
Трейгер захлопнул дверь в прошлое, проклиная себя за то, что поддался мучительным воспоминаниям о той ночи.
Его взгляд стал холоден и непроницаем, когда жена застонала и пошевелилась.
Ее ресницы задрожали, и взору предстало угрюмое лицо Трейгера. Нерешительно протянув руку, Сирена коснулась его, боясь, что это очередное сновидение.
– Трейгер? Живой? Это действительно ты? Я думала, что ты умер. – Слезы радости обожгли глаза, когда она попыталась притянуть его ближе.
С чувством отвращения Трейгер оторвал ее руки от себя.
– Как видишь, твоя заветная мечта не сбылась, – презрительно усмехнулся он. – Вот, значит, какую байку ты сочинила, чтобы оправдать совращение моего брата, которого тоже не преминула бросить? Ну ты и стерва! – Губы его сжались, а пальцы сомкнулись вокруг ее шеи.
– Что? – Сирена изумленно открыла рот, не чувствуя боли. – Это Роджер…
– Ты бросила меня, а затем и беднягу Роджера. Воспользовавшись слухами, будто я погиб в бою, ты понеслась в свое поместье и нацепила это барахло, – обвинял Трейгер, глядя на Сирену как на мерзкую гадину, выползшую из-под камня. – Ты клялась мне в любви, рассчитывая усыпить мою бдительность. Ловкий прием, ничего не скажешь!
– Но это неправда! – возразила Сирена, залившись слезами.
– Избавь меня от слез, – приказал Трейгер холодным, как дыхание зимы, голосом. – Твоя ложь больше не действует на меня, даже если ты начнешь изображать несчастную вдову, которая ищет сочувствия у собственной жертвы.
– Но, Трейгер, ты ничего не понял. Роджер…
– Не втягивай в свои сети моего брата! Я не могу винить его за то, что он не устоял перед твоими чарами. Он был влюблен в тебя с самого начала. А теперь говори, что ты здесь делаешь?
Сирена вызывающе вздернула подбородок.
– Выясняю, кто убил моего отца.
– Ты спятила? – У Трейгера голова пошла кругом. – Если британцы обнаружат, кто ты на самом деле, болтаться тебе в петле.
– Ничего подобного, – возразила она, приподнявшись на локте. – Я убедила генерала снять с меня все обвинения.
– И он клюнул на этот нелепый розыгрыш? Каким же образом тебе удалось околдовать и этого беднягу?
– Во всяком случае, не при помощи заклинаний. Я обратилась к его порядочности и логике, качествам, о которых ты не имеешь ни малейшего понятия.
Настойчивый стук в дверь заставил Сирену вздрогнуть. Она быстро нацепила очки и опустила на лицо вуаль.
– Кто там? – хрипло спросила она.
– Это Уильям. Вам нехорошо, Вероника?
Трейгер закатил глаза и покачал головой:
– Вам осталось только перейти на ты. Боже праведный, теперь меня уже ничто не удивит!
– Войдите, Уильям, – пригласила она, покосившись на Трейгера, и гордо вздернула подбородок.
Дверь распахнулась, генерал устремился к кровати и опустился на колени.