Мэдисон вскочил, схватил Ферн за руку и поднял ее со стула.

– Ты любишь меня, я по твоим глазам вижу. Я знаю, что любишь.

– Отпусти меня, – попросила его Ферн. Чувство паники возвращалось к ней, она вся дрожала. Мэдисона так удивило это изменение ее состояния, что он убрал руку и отступил от Ферн.

– Я только взял тебя за руку.

Она не хотела, чтобы он испытывал чувство вины от того, что прикоснулся к ней. Он может подумать, что ей отвратительны его прикосновения, что она не выносит его присутствия. Она не хотела, чтобы он мучился, она видела боль в его глазах. Ферн знала, что это такое, когда тебя отвергают. Она не могла отвергнуть Мэдисона. Он заслуживает того, чтобы она сказала ему правду, которая не причинит ему больше вреда, чем сказанная ею ложь.

– Сядь, – сказала Ферн. – Я еще не все сказала.

Мэдисон не садился. Взгляд его скорее выражал укор, чем гнев. Ферн тоже продолжала стоять.

– Больше я не хочу тебе лгать, – сказала она, стараясь не отводить от него взгляда. – Я люблю тебя. Люблю больше всего на свете, – она спряталась за стулом, увидев, что Мэдисон хочет обнять ее, – но толку от этого никакого не будет. Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне. Я старалась, Боже, как я старалась привыкнуть к этому, но я не могу.

– Не говори ерунды. Ты же не хочешь сказать…

– Ты только что это видел. Ты прикоснулся ко мне, и я вся съежилась от страха. – Он ей не верил. Он не понимал ее. – Ты же понял это. Я знаю, что ты понял. Я по твоим глазам видела. Нам нельзя пожениться. Ты будешь обнимать меня, и я возненавижу тебя за это. Я хотела, чтобы это мне нравилось, я пыталась желать твоих объятий, но даже мысль о том, что ты обнимаешь меня, пугает меня до смерти.

Мэдисон заставил себя не двигаться с места и держать руки по швам. Он проклинал себя за то, что был таким дураком. Если бы он любил ее даже в половину того, как он думает, что любит ее, он должен был знать об этом. Он должен был понять это.

– Это из-за того, что тот человек хотел изнасиловать тебя?

– Да.

Он мог себе представить, как она страдала, видя, как ее подружки влюбляются, понимая, что с ней это никогда не произойдет. Она боялась, что это может случиться с ней.

И вот теперь это с ней случилось.

– Ты можешь превозмочь эти страхи. Я помогу тебе. Для этого потребуется некоторое время, но…

– Ты готов жениться на женщине, к которой не сможешь прикоснуться до конца своих дней? Ты готов отказаться от мысли, что у тебя никогда не будет детей?

– Этого не будет, – заверил ее Мэдисон. – Сейчас ты боишься, но когда привыкнешь ко мне, то перестанешь бояться, и все будет хорошо.

– Я не буду спать с тобой в одной кровати, – сказала Ферн. – Я не буду спать с тобой даже в одной комнате.

В ее голосе слышалась уверенность в том, что она говорит. Выражение лица Ферн было решительное. В глазах – отчаяние. Она боялась, слишком боялась и не знала, как ей относиться к нему.

– Я все время думаю об этом с тех пор, как ты в первый раз поцеловал меня, – сказала Ферн. – Я хотела, чтобы страх исчез, но ничего не могу с собой поделать.

Мэдисон чувствовал, что его счастье улетучивается, словно подхваченное легким Канзасским ветерком. Он весь напрягся, готовясь биться за свое счастье. Он от слишком многого отказался, покинув Техас. Больше он ничего не хотел терять. И, конечно же, не Ферн.

– Я подожду, пока у тебя это пройдет, – сказал он. – Я найду тебе лучших в мире врачей.

– Ты не понимаешь, – сказала Ферн. – Когда я носила штаны, и ругалась, и ездила верхом, я думала, что защищаюсь от своих страхов. Я думала, что когда-нибудь они исчезнут. Теперь я знаю, что они никогда не исчезнут.

– Это неправда.

– Тебе нужна жена, которая любила бы тебя так, как другие жены любят своих мужей. Я не могу быть такой женой.

– Ферн, ты слишком быстро сдаешься. Ты не представляешь, каким терпеливым я могу быть.

– Представляю, – сказала она. Ее улыбка была горькой и счастливой в одно и то же время. – Сколько я тебя знаю, ты постоянно пытаешься настаивать на своем. Но дело тут не в терпении. Я не смогу к тебе привыкнуть. Я уже пыталась.

Мэдисон видел, как она удаляется от него, становится недосягаемой, и не выдержал. Он схватил ее за руку.

– Этого не может быть. Ты все еще сердишься на меня за то, что я не приехал на ферму. Через некоторое время ты успокоишься и будешь относиться ко всему по-другому.

– Мэдисон, пожалуйста…

Она чувствовала, как в ней растет панический страх. Тот самый мерзкий страх, который отравляет ее существование.

– Ты же знаешь, что я не обижу тебя.

– Ты не обижаешь меня. – Нет, ничего не помогало. Ни гнев, ни разочарование. Она чувствовала как напрягаются ее мускулы.

– Я люблю тебя, Ферн. Я хочу жениться на тебе. Я буду делать все, что ты захочешь, ждать, если это необходимо, но я хочу, чтобы ты стала моей женой. Я не хочу, чтобы ты погубила себя.