Он очаровательно улыбнулся. Эндрю тоже улыбался, но Мюриел чувствовала, что это его больше не забавляет. Мистер и миссис Уэрсли ждали ее ответа, и она поняла, что отказываться дальше просто неудобно.

– Ну, если вы настаиваете… – начала она, взглянув на Эндрю, удивляясь при этом, почему в ней возникает чувство опасности, будто впереди ее ждет какая-то страшная катастрофа.

– Я же сказал, мисс Патерсон, я с удовольствием приглашаю вас на танцы.

Танцы начались в девять и закончились за полночь. Билл познакомил Мюриел со своей подругой Кэтлин, светловолосой жизнерадостной девушкой, которая ей сразу понравилась, и, несмотря на неловкое начало, Мюриел получила от вечера немалое удовольствие. За это время она дважды заглядывала в каюту тети Эдит; в первый раз старая дама просто заворчала на нее, а во второй – велела сгинуть и больше не беспокоить ее.

Когда танцы закончились, Билл и Кэтлин попрощались и ушли. Мюриел обратилась к своему спутнику:

– Я вам очень благодарна… – начала она, но тут же одернула себя, почувствовав, что ей следовало выразиться как-то иначе.

– Я тоже, – ответил Эндрю тихо, с ленивой интонацией в голосе. – Позвольте проводить вас?

Когда они подошли к ее каюте, он пожелал ей доброй ночи.

– Надеюсь, завтра вашей тете станет лучше, – добавил он и ушел, не условившись о новой встрече.

Медленно войдя в свою каюту, Мюриел села за туалетный столик, испытывая необъяснимое чувство пустоты и уныния.

– Жаль, что я была перед ним в таком виде… – она сердито схватила комочек ваты и, обмакнув его в баночку с жидким кремом, стала снимать грим с лица.

Почему она так сказала?

Мюриел нахмурилась, глядя на свое отражение, но так и не смогла найти тому причину, а через некоторое время ее мысли были заняты другими, более важными вещами.

Билл… Жаль, но он уже встретил Кэтлин: с ним все могло бы получиться. Эндрю… Не стоит тратить на него время; он сухой, бесчувственный тип, такие никогда не влюбляются, а в дальнейшем превращаются в сварливых старых холостяков, длинноволосых и эксцентричных. Он, оказывается, ужасно богат. Билл как-то в разговоре упомянул его новый «бентли»… Мюриел глубоко вздохнула. Да, жаль, что Эндрю такой.

Но кто здесь еще оставался? Большинство мужчин уже были женаты, другие проводили время в своих компаниях. «Пожалуй, мне придется отказаться от своей идеи, – с грустью подумала она. – В любом случае, если я и найду кого-то, сомневаюсь, что мне удастся долго играть свою роль».

Мюриел беспокоила – так получилось дважды за этот вечер – ее детская привычка вскрикивать и хлопать в ладоши от восхищения или удовольствия. Она вспомнила, как Эндрю, странно нахмурившись, посмотрел на нее, а потом полуприкрыл глаза, скрывая их выражение.

Мюриел распустила волосы по плечам, мечтательно заглядевшись в зеркало. Как было чудесно танцевать с Эндрю… И какие завистливые взгляды все бросали в ее сторону!

Наконец она разделась и легла под прохладную простыню, но еще долго не могла уснуть.

Она бы и вовсе не уснула, если бы случайно услышала разговор в отдельной каюте, куда к Эндрю зашел Билл.

– Знаешь, я уже было начал жалеть, что позволил тебе уговорить меня отправиться в этот круиз – в прошлый раз мне было смертельно скучно, – но теперь, мне кажется, наклевывается кое-что интересное, – Эндрю налил себе вина и сел, легкое презрение отразилось на его красивом лице.

– Эта крошка Патерсон? – Билл недоуменно взглянул на друга, забыв про свой бокал. – Там были девушки и покрасивее, за столиком рядом с нашим, например. Одна весь обед только на тебя и смотрела.

– Не заметил.

– Должен был заметить. Блондинка в красном платье.

– Ах, эта! Хорошенькая, но не интересная. Кроме того, – добавил он, – у меня нет привычки флиртовать с невинными молоденькими девочками – они принимают все за чистую монету и потом бывают глубоко обижены; а у меня, хоть ты можешь и не поверить, все же есть совесть.

Билл засмеялся.

– Ну, эта мисс Патерсон не вызовет у тебя никаких угрызений совести. Я полагаю, она знает правила игры.

– Конечно. Типичная любительница развлечений с единственной целью в жизни, – губы Эндрю скривились в презрительной ухмылке. – Я так часто с ними сталкивался, что теперь узнаю с первого взгляда. Что ж, я охотно поиграю, но по своим правилам. Этой девице следует преподать урок. Я решил это сделать еще тогда, когда она изобразила смущение от того, что миссис Уэрсли попросила меня быть ее партнером.

– Мне она показалась скорее возмущенной, чем смущенной, но это, наверное, потому что ты осадил ее, – Билл задумчиво замолчал, чуть нахмурив брови. – Я почти пожалел ее, поэтому и предложил пойти с нами. У меня создалось впечатление, что она и в самом деле собиралась пойти к себе.

– Притворство, – презрительно бросил Эндрю. – Такие женщины всегда поступают одинаково: сначала отказываются, маскируя интерес. Не стоит ее жалеть. Она сама напросилась, чтобы нас познакомили.

– Не понимаю, почему ты так решил, – слабо запротестовал его друг. – Если она ищет богатого мужа и ее интересуют состоятельные мужчины, то откуда ей знать, что мы к ним относимся?