Теперь придется дочери все рассказать. Хочешь не хочешь, а время пришло. Только сперва надо собраться с духом — разговор будет нелегким.

Спустя несколько дней Майкл сидел в старом каменном доме Вито Джованни, попивал свой извечный виски со льдом и вновь чувствовал себя пацаном. Еще он испытывал грусть при взгляде на Вито — тот скверно выглядел. Старик похудел килограммов на двадцать и стал похож на скелет. Видеть его таким было больно. Челюсть ввалилась, глаза тоже, а пергаментные руки беспрерывно тряслись. Теперь его почти не было видно в его любимом кресле.

— Вито, ты неплохо выглядишь, — бессовестно солгал Майкл.

— Ты всегда любил приврать, — усмехнулся тот и зашелся кашлем. — Я старая развалина. Долго не протяну.

Три года назад у Вито нашли рак предстательной железы. Из-за химиотерапии и облучения он совершенно обессилел, но своевольного нрава не лишился. Он продолжал ворчать на врачей, на больницы и медсестер. Единственный человек, для которого у него еще находилось доброе слово, была его жена, бывшая стриптизерша Киска Вестерн, а теперь официально — Вестерн Джованни.

Вестерн была веселого нрава, чем, по—видимому, необычайно радовала старика. В отличие от бывшей жены, Мейми, Вестерн всегда и всем была довольна. Она не обращала внимания на кривотолки и весело несла по жизни свой бюст на двенадцать персон вкупе с лучезарной улыбкой.

— Как дела у моего мальчика? — спросила она, вплывая в комнату. От нее пахло дешевыми духами и пиццей. Вестерн так и не научилась тратить мужнины деньги: она по-прежнему довольствовалась маленькими радостями жизни.

— Ты поздоровалась с Майклом? — напомнил Вито и снова закашлялся.

— Привет, Майкл. Рада тебя видеть. Как жизнь?

— Все в порядке, Вестерн. А у тебя?

— Не жалуюсь. — Она повернулась к мужу. —, Смотри, что я тебе купила в «Блуминдейле», котик мой, — сказала она, порылась в сумке и извлекла нелепейший розовый пуловер. — Настоящий кашемир! Мягкий — ты себе не представляешь!

— Очень милый, детка, — сказал Вито. — А теперь беги. Нам с Майклом надо о делах поговорить.

— Какие могут быть дела в твоем возрасте? — проворчала Вестерн. — Давно бы все бросил, Вито.

Вито повернулся к сиделке — та скромно держалась в уголке.

— Подожди за дверью, — распорядился он.

— Но, мистер Джованни…

— Все пытаются меня в кровать уложить, — посетовал Вито. — Не дождутся! Я им не инвалид. У меня рак простаты, ну и что? Велика важность!

— Наверное, считают, тебе нужно больше отдыхать, — осторожно заметил Майкл.

— Отдыхать? Для чего? — набросился на него Вито. — Копить силы для могилы?

— Послушай, Вито, я рад, что ты меня наконец принял. Нужно решить, что делать дальше с твоими деньгами.

— Ах да! — небрежно отмахнулся старик. — Сколько там сейчас?

— Почти втрое больше, чем ты мне давал.

— Ты всегда умел наваривать бабки. — Вито осклабился, потом наморщил лоб. — Не хотел бы я отдавать их налоговикам.

— Тогда что?

— Ты вот что сделай. Вестерн с деньгами обращаться не умеет, так что ей лучше их не давать. Когда я помру, назначь ей ежемесячный доход. Чтобы капало на счет в банке.

— Хорошо.

— А пару миллионов отдашь Мейми.

Это было произнесено таким небрежным тоном, что Майкл не сразу осознал смысл сказанного. Когда же до него дошло, он рассвирепел.

— Что?!!

— Мейми. Помнишь мою бывшую жену?

— Какого черта ты хочешь ее так облагодетельствовать?

— Я обещал, что, когда умру, она получит бабки.

— Насколько я в курсе, она отнюдь не бедствует со своей порноимперией.

— Майкл, она была со мной много лет. Думаю, она это заслужила. — В голосе Вито зазвучал металл. — Так могу я на тебя положиться?

Майкл кивнул, твердо решив, что ни одного цента не отдаст этой твари. Хоть и маленькая, но все—таки месть. Да, так и надо поступить.

Мэдисон только что прилетела из Лос-Анджелеса, где брала интервью у могущественного сверхсекретного агента, и отправилась на званый ужин к Джеми, своей давней подруге. Мэдисон была на вершине славы. «Портреты сильных мира сего» из-под пера Мэдисон Кастелли были необычайно популярны. Ее со всех сторон уговаривали взять интервью то у одной, то у другой знаменитости. В мире периодики она стала настоящей звездой.

За ужином к ней подсел Энтон Кауч — партнер Джеми по дизайнерскому бизнесу, голубой и необычайно общительный мужчина. После нескольких вежливых фраз он сказал, что ему звонила ее мать.