В поисках удобного места для стоянки судно отправилось вдоль берега на северо-запад.

Несколько дней сердито громыхал океан, у скалистых берегов кипели и пенились водовороты. И все же штурман Абрам Дементьев, смелый, бывалый человек, не раз уже доказывал Чирикову, что сможет высадиться на берег.

— Дайте мне матросов из тех, кто покрепче, — говорил он, — и мы переберёмся через прибой.

Чириков согласился.

Корабль вскоре приблизился к заливу. Это место Чириков счёл для высадки разведчиков наиболее подходящим.

Длинная лодка — лангбот, в которой разместилось десять вооруженных матросов со штурманом Дементьевым во главе, направилась к берегу. Разведчики должны были найти якорное место, осмотреть берег, растительность, узнать, что это за земля, какие люди на ней обитают. Для местных жителей путешественники везли подарки: котлы, бусы, иглы, материю…

Неподалёку от берега лангбот скрылся за утёсом, и больше моряки его не видели.

Прошло несколько дней. Дементьев не возвращался.

«Св. Павел» продолжал курсировать недалеко от берега, не отдаляясь от залива. Спустя неделю Чириков вызвал ещё четверых охотников-смельчаков и на последней лодке послал их к берегу. И случилось то страшное, чего больше всего опасался капитан: четыре матроса тоже не вернулись.

Что случилось с этими людьми — неизвестно. Быть может, они утонули где-нибудь в грозном водовороте меж утёсов, рифов и скал или погибли в бою, внезапно атакованные индейцами из засады.

Корабль остался без единой лодки и потерял лучшую часть команды. Теперь о высадке на берег нечего было и думать.

Путешественники решили возвращаться на Камчатку. Четыре с половиной тысячи вёрст отделяли их от Авачинской губы на Камчатке. Нелегко было команде «Св. Павла» преодолеть это расстояние. Продовольствия оставалось мало, пресной воды и того меньше. На корабле свирепствовала цинга. Из строя выходили самые стойкие матросы. Случались вахты, когда некому было занять место у штурвала, и Чириков, тоже разбитый болезнью, ползком пробирался на мостик и сам вёл корабль. Капитан разделял с командой все трудности и невзгоды. Но Чирикову было намного труднее, чем другим — ведь он отвечал за людей, за корабль, за донесение о совершённом великом открытии. Приходя в матросский кубрик, капитан утешал больных:

— Ещё немного терпения, друзья! Мы сделали главное — открыли северо-западные берега Америки! До нас никто из европейцев здесь не бывал. Мы — первые… Возвратимся на Камчатку и не только укажем, где простирается американский материк, но и представим карту большой береговой полосы Америки! Кто сможет тогда усомниться в нашем открытии?

Составление карты открытого и обследованного побережья Северной Америки стало для Чирикова смыслом всей жизни, средоточием всех помыслов и усилий. Первый в истории изображал он эту землю не как большой остров или группу островов, а с полной уверенностью, что это и есть американский материк…

И на обратном пути, несмотря на бедственное положение экипажа и корабля, ни разу не прошёл Чириков торопливо или равнодушно мимо вновь открытых земель — он обязательно наносил их на карту, ставшую поистине неоценимым документом.

Возвращаясь на Камчатку, Чириков открыл несколько Алеутских островов, а на острове Адак, из группы Андреяновских, впервые увидел алеутов и обменялся с ними подарками. 21 сентября «Св. Павел» миновал самый западный остров Алеутской гряды — Атту. Чириков уверенно повёл свой корабль к Петропавловской гавани…

В октябре 1741 года исхлёстанный штормами «Св. Павел» прибыл на Камчатку.

Дороги Чирикова и Беринга неоднократно пересекались неподалеку от открытого Берингом острова Каяк, и вблизи Кадьяка, и у островов Алеутской гряды. Но «Св. Пётр» много петлял в океане, уклоняясь то к югу, то к северу, то даже к юго-востоку. Беринг неуверенно вёл свой корабль, и эта неуверенность занесла его на пустынные Командорские острова.

Восьмого декабря 1741 года отважный мореплаватель капитан-командор Витус Беринг скончался.

А Чириков вскоре снова отправился на исследование американских берегов. В 1742 году он побывал около Алеутских островов, но неблагоприятная погода заставила его повернуть обратно. На обратном пути мореплаватели заметили остров, названный ими именем Св. Иулиана. Они прошли всего лишь в семи километрах от острова, на котором ютились ещё оставшиеся в живых спутники Беринга. Но Чириков об этом, разумеется, не знал.

1 июля Чириков возвратился на Камчатку.

Оставшиеся в живых члены команды Беринга продолжали бороться за существование.

Огромные лишения перенесли моряки во время зимовки на острове. Весной они решили разобрать пакетбот и построить новое небольшое судно. Но среди них не осталось ни одного плотника. Тогда один из участников плавания, простой сибирский казак Савва Стародубцев, взялся построить небольшое судно.

5 мая состоялась закладка судна. 9 августа его спустили на воду, и через три дня мореплаватели покинули негостеприимный остров, названный ими именем Беринга.

27 августа 1742 года небольшой корабль — гукор «Св. Пётр» с оставшимися в живых членами команды Беринга бросил якорь в Авачинской бухте, там, откуда Беринг начал своё плавание.