– Это точно, – радостно признался он. – А ты, принцесса из сказки, хочешь немного «бри»? Он великолепен.

– Сдаюсь.

– Отлично. – Ник улыбнулся про себя, думая, что все женщины, с которыми он когда-либо имел дело, отдали бы все, чтобы услышать от него предложение выйти за него замуж. После третьей же встречи.

Они уничтожили почти все припасы, прилегли отдохнуть на солнышке, а потом снова пошли в воду. Было начало пятого.

– Не пора ли уходить с пляжа, Кейт?

– Ммм...

Она пригрелась, устав от плавания. Морская вода стекала узенькими ручейками с висков к шее; он перегнулся и слизнул их поцелуем. Она открыла глаза.

– Пойдем домой. Смоем с себя весь этот песок, соль, хлебные крошки и дынные семечки.

Она рассмеялась, встала и посмотрела на тот беспорядок, который они устроили.

– Похоже, здесь был целый банкет! – Кейт сложила полотенце, Ник поднял корзину, и они медленно направились к дому.

– Лучше войти с заднего входа. У моего друга будет нервный припадок, если мы разнесем песок по всему дому.

– Да, сэр, как скажете. – Следом за Ником она вошла в ярко выкрашенную маленькую желтую комнату, где было три отдельных душа, полдюжины стульев и великолепный старомодный шезлонг с огромным полосатым зонтиком над головой.

– Раздевалка, миссис Харпер. Если, конечно, ты мне доверяешь.

– Не доверяю ни секунды.

Он улыбнулся во весь рот.

– Ты права. Вот что я тебе скажу: оставайся в купальнике, так будет безопаснее.

Они со смехом забрались под душ. Ник рассказывал всякие смешные истории, пока смывал песок с ее спины; и вдруг беззаботная болтовня сама собой прекратилась, и он медленно повернул ее к себе лицом, обнял ее и прижался к ней всем телом под струей теплой воды. Ее охватило такое же сильное желание, какое, судя по всему, овладело и Ником, но обоим мешала льющаяся вода.

– Подожди, я сейчас утону, – взвизгнула Кейт, когда брызги попали ей прямо в лицо.

Он выключил душ.

– Так лучше?

Она кивнула. Воцарилась тишина. Слипшиеся волосы мокрыми прядями падали на спину, капли воды застряли в ресницах, и Ник нежно слизнул их поцелуем, одновременно снимая с нее лифчик купальника. Он нашептывал нежные слова, а она гладила его грудь.

– Вот ты и потеряла свой пояс невинности, Золушка. Она улыбалась, закрыв глаза, когда он оторвался от ее губ и перенес ласки к груди. Он делал это так нежно, что все ее тело заныло от желания.

– Я люблю тебя, Прекрасный принц.

– Ты уверена? – Серьезный тон его вопроса отрезвил Кейт, и она открыла глаза. – Ты уверена, Кейт?

– Да, я уверена. Я люблю тебя.

– Ты давно никого не любила, верно? – Этот вопрос давно его волновал, но в глубине души он уже знал ответ. Почувствовал это с самого начала, как только понял, до какой степени она изолирована от мира. Как ни странно, ему это нравилось и убеждало его в том, какая она особенная, не такая, как все. Кейт кивнула. – Очень давно, дорогая?

Она снова кивнула, и он с еще большей силой почувствовал любовь к этой прекрасной женщине.

– О, любимая...

Он привлек ее к себе и крепко сжал в объятиях, словно хотел восполнить все ее годы без любви, без мужчины.

С невероятной нежностью он завернул Кейт в огромную розовую простыню и понес наверх в свою спальню. Это была милая просторная комната, которая, казалось, плыла между морем и небом; и здесь Ник впервые любил ее, любил осторожно и нежно, лаская и гладя, входя в нее снова и снова, пока она наконец не уснула у него на руках. Он смотрел на нее до тех пор, пока она не проснулась. За высокими окнами было уже темно.

– Ник?

Она вспомнила, что случилось, но никак не могла понять, где они находятся.

– Я здесь, дорогая. Ты не можешь себе представить, как сильно я тебя люблю.

Это было прекрасное пробуждение, и она с улыбкой свернулась калачиком в его объятиях. Но вдруг напряглась.

– О, Боже мой!

– Что случилось? – Может, она вспомнила о чем-то грустном? Ник испугался.

– А что, если я забеременею?

Он улыбнулся и поцеловал ее в кончик носа.

– Тогда у Тайга будет братик. А может быть, сестричка.

– Не шути.

– Я говорю совершенно серьезно. Я бы не желал ничего лучшего.

– Господи, Ник. Я не собиралась заводить еще одного ребенка. – Ее голос звучал в темноте так подавленно, что он крепче прижал ее к себе, словно защищая от самой себя»

– Ты многие вещи не собиралась делать, слишком долгое время во всем себе отказывала. На следующей неделе мы с этим разберемся, но этот уик-энд мы целиком должны посвятить друг другу. А если что-то и произойдет, мы переживем. Вместе. Он помолчал.