Наш анализ Триады Власти будет неполным без краткого упоминания о различного рода тайных обществах в государственном типе человейника.

Существует масса литературы, посвященной тайным обществам. В настоящее время книги по данной теме вполне доступны, но все публикации о деятельности тайных обществ являются либо критикой, либо апологетикой. Подлинно научного анализа феномена тайных обществ не предпринималось в силу отсутствия проверяемых и достоверных данных.

Мы дадим свое видение феномена тайных обществ и рассмотрим его в контексте проблемы управления человейником, обозначенной нами как Демон Власти. Анализ проведен без учета специфики тех или иных тайных обществ, существовавших в рассматриваемый период истории и существующих до сих пор. Мы сознательно опускаем все нюансы идеологических доктрин, специфику знаний, накопленных в системе тех или иных тайных сообществ, особенности их знакового языка и ритуалов. Мы рассматриваем тайные общества как квинтэссенцию Власти, как концентрат всех ее черт, как систему, изолированную от общих и открытых систем связи в человейнике, как эшелонированно закрытую систему, в которой Триада Власти существует в своем чистом виде, не искаженная внешними проявлениями.

Наличие тайных обществ есть необходимая и неотъемлемая черта человейника. Без них человейник просто не смог бы появиться и успешно функционировать. Как уже было сказано в предыдущих главах, тайные общества зародились на заре существования человечества и развились до необходимого и достаточного уровня в период родового человейника. Они возникли на основе специализированных трудовых групп в сообществе, замыкавшихся сами в себе ввиду специфики хозяйственной деятельности.

В тайных обществах вырабатывались собственные знаковые системы (символы, язык) и собственные ритуалы управления психофизиологическим состоянием и сознанием членов общества. Существовали собственные, отличные от остальной части человейника законы, правила и нормы, регламентирующие жизнедеятельность тайного общества. За нарушение норм и разглашение тайн отступники подвергались либо изгнанию, либо физической смерти.

Знания и навыки, их развитие и передача требовали особых коллективных состояний сознания, отличающихся от повседневного коллективного сознания человейника. В методики воздействия на сознание входил весь арсенал средств «сшибки» высшей нервной деятельности: трансовые состояния (пост, радение, экстатические танцы), дыхательные и специальные гимнастические упражнения, наркотические вещества, различные сексуальные практики, включающие групповые оргии и гомосексуализм.

Практически все ритуалы посвящения в тайные общества связаны со смертью. Ритуальная смерть и возрождение адепта символизирует его новое рождение не как члена семьи, рода, человейника, а исключительно как члена тайного общества. Стресс от тщательно срежиссированной имитации смерти «распахивает» сознание адепта. Оно становится сверхвнушаемым, легко перепрограммируемым. Человек с насильственно измененным сознанием, если можно так выразиться, с перепрограммированным биокомпьютером на уровне сознания, действительно, умирал для остального человейника, становился для него чуждым и чужим.

После посвящения всю силу, все знания и все навыки успешной жизнедеятельности адепт мог черпать исключительно в системе тайного общества. Отсюда следует вполне обоснованный вывод, что жизнь адепта фактически принадлежала тайному обществу. Утратив связь со своими «собратьями», он терял практически все, включая социальный статус в общем человейнике.

Следует отметить, что, при условии соблюдения баланса, необходимого и достаточного для нужд управления и выживания человейника, в самом факте существования тайных обществ ничего инфернального и антиразумного нет. Как может навредить родовой общине существование в нем тайного общества охотников, тайного клана воинов или кузнецов? Чем было бы Средневековье без артелей и корпораций ремесленников? По сути своей тайные общества — профессиональные объединения, и не более того.

Так было до тех пор, пока система власти не стала отходить от непосредственного управления в сторону бесконтрольного властвования. Во внутривидовой борьбе за выживание Власть сделала ставку на тайные общества, прежде всего на те, что специализировались на насилии. Она использовала их административные и силовые ресурсы, как сейчас принято выражаться. Более того, изолировавшись от системы связей человейника, Власть сама приобрела черты тайного общества. Поэтому мы и назвали ее криптократией.

Всю историю эпохи государственного человейника шел процесс конвергенции Триады Власти с тайными обществами. И дошел до того, что стало практически невозможно отличить, где кончается видимая, легитимная власть и государственное управление и начинается власть тайных обществ. Тайные общества, в которые входят высшие иерархи криптократии, бюрократии и идеократии, включая необходимое число технического персонала из аппарата властвования и управления, превратились в закрытый контур управления человейником.

Если обратиться к кибернетической схеме двухконтурного управления, то тайные общества можно представить в виде дублирующего контура управления, максимально защищенного от всех воздействий извне. Порой он более эффективен, чем видимый и легитимный. Он не зависит от существующей открытой и легальной системы назначения на должности, не связан нормами и законами, обязательными для «профанов» из числа управляющих и управляемых. Для достижения своих целей тайные общества обладают собственными силами и средствами или могут использовать государственные. Исполнительская дисциплина в иерархии тайных обществ значительно выше, чем в легальных структурах. Мотивы и методики действий тайного общества недоступны для понимания большинству населения человейника, а значит, человейник ничего не может противопоставить внедряемой программе развития. Все негативные последствия могут быть списаны на бюрократию, а истинные инициаторы и управляющие останутся в тени и будут выведены из-под удара.