А вот про «головоглазов» этого никак не скажешь, эти очень серьёзно относятся к происшествию. Даже слишком серьёзно. Это видно по их чёткой организованности и слаженности действий. По количеству привлечённых для этой миссии дроннеров, и по их отношению к этому делу. Вон как радуются гады, заманили меня, и довольны. Только вот, зачем я им так нужен? Что такого, собственно, я могу знать, что им так необходим? Ничего такого я не знаю. Дрон-то чей? Их. Значит, они лучше меня должны знать, куда его понесло, в моём корпусе.

Хм, интересно. Вот почему он у них связанный был — видать, он от них постоянно бегает. А они его постоянно ловят. Чем-то они ему не нравятся, вот он и бегает. Это ему его улучшенная логика подсказывает. Да-а…, я бы на его месте, тоже от них сбежал.

Так, стоп, а почему у него корпус военный был? Я ведь думал, что дрон военный, а они Василь Василичу убедительно доказали, что дрон их. А Василь Василич им поверил, и сразу направил меня сотрудничать с ними. А я сразу, дурак, и пошёл. Ой, какой же я тупой…

Тут все врут. И «головоглазы» врут, и Василь Василич, и Педро. И Корчмарь?

И ты врёшь, сказала его совесть, ты ведь только и ждёшь, чтобы самому спереть этого крутого Чёрного дрона себе, и слинять с ним. Не так? Так чёрт, очень может быть и так. Но это сейчас не самое главное. Самое главное — зачем я нужен этим козлам? Всё-таки Педро гад, мог бы и объяснить, вместо того, чтобы умные рожи корчить. И Василь Василич гад. А я дурак. Штырлиц, твою медь.

И тут Алекс неожиданно сообразил, что вокруг началась, какая-то суета, какие-то нервные перемещения и перестановки. Все прекратили переговоры и начали торопливо выстраиваться в какой-то порядок. Сверху обрыва, юзом, скатился траппер и подбежал к Базуке:

— Идут!

И все замерли в неровном строю, глядя вверх, на гребень обрыва. Алекс, не понимая, что происходит, тоже посмотрел наверх. Там, между несущими столбами от сорванного проволочного заграждения, синхронно, вышли и стали на краю два средних разведчика «раптор» с тонкими пиками в руках и огненными глазами во лбу. Они остановились и замерли, приставив пики к ногам. Затем, симметрично от них, вышли четыре тяжелых головоглазых боевых дрона типа «тигр», с алебардами на плечах. Они тоже остановились и взяли их наизготовку. Затем посредине, из-за склона, медленно, величественно, словно гигантская Луна из-за горизонта, выплыл огромный, бледный дрон, вылитый гигантский бледный паук. Выплыл и остановился. Неторопливо и высокомерно всех оглядел, своими выпуклыми, с красным отливом, линзами глаз. Базука Билл, суетливо, на полусогнутых, оскальзываясь на осыпи, зашуршал к нему навстречу.

— Не надо доклада, — рокочущий бас прокатился над ними, замирая вдали, — покажите, где похититель.

Все разом глянули на Алекса. Тому стало неуютно, он криво усмехнулся и слегка наклонил голову. Бледный дрон медленно поворотил к нему свой ужасный бледный череп, сильно напоминающий лысую голову древнего старика, с впавшими глазницами, выпирающими скулами и оттопыренными ушами-антеннами. Отсвечивающие багровым пламенем глаза упёрлись в Алекса. Ему стало жутко.

«Вот он, зловещий Лик Запада. Страшный и беспощадный Верховный Назгул. Вот он — сущность „головоглазов“ — конь бледный, со своей железной саранчой. Вот она, смерть моя, смотрит с обрыва, — Алекса била мелкая дрожь. — С-сотрудничать, значит будем? Ёперный театр…».

— Подойди ближе, — властно растягивая слова, пророкотал Назгул. Алекс поколебался немного и сделал два неровных шага к нему. — Как тебе удалось увести кристалл из-под носа такой многочисленной охраны?

— Я докладывал, Верховный, глупое стечение обстоятельств, — с придыханием подал голос Базука, — я…

— Молчи. Пусть он ответит.

— Видите ли…, я не знал, что он ваш…, и потом, он меня попросил…

— Попросил!? Тебя? И ты услышал… Почему он ещё не разоружен? — брюзгливо осведомился Назгул. — Почему мне приходится напоминать о такой мелочи?

«Головоглазы», сшибаясь, толпой ринулись к Алексу. От неожиданности он отпрыгнул метра на два, и попытался выхватить мечи… Но тут, что-то тенькнуло сверху, перед глазами поплыли желтые круги, и он очутился в кресле, у себя дома, перед тёмным виртуальным экраном, на котором мерцала, не виданная им ранее, оранжевая надпись — «Ошибки связи. Удержание канала включено. Ожидайте».

Что за ботва? Чего ожидайте? Меня что, вырубили? Тогда почему обрыва связи нет? Какие ещё ошибки? Сволочи, с-собаки, с-с… А, чёрт, не могу больше… Он вывалился из кресла, скинул обруч и прямо в перчатках убежал… куда надо. Через пару секунд, подтягивая штаны, он влетел в кресло, натянул обруч — ничего, всё по-прежнему — «Ожидайте». Чего ожидайте, где связь? Если оборвалась, где сообщение — «Обрыв связи», если нет, то чего ожидать? Бред какой-то…

У него мелко тряслись руки, и противно дрожало внутри. Вот тебе и всё сотрудничество. Дрон Корчмаря, наверное, пропал. Страшно жалко. Страшно жалко, что я даже ни одного гада рубануть не успел. А-бид-на. Ну, так что, сколько ещё ждать? Может перегрузиться и по новой зайти? Вот тебе и шпионские игры, опять меня выкинуло, на самом интересном месте. И с того же места. Хотя… тот раз, ничего ожидать не предлагалось. Может ещё не всё? Может, и не всё. Чёрт, вот влип. Чем это меня стукнуло? Такое чувство, что кто-то сверху. Как выстрел. И всё, как отрезало. Да, что же там происходит? Совершенно невозможно терпеть. Войти, войти, войти, как же мне войти?