Захари вздохнул. Очевидно, он не привык пускаться в объяснения.

– Я не хочу, чтобы сегодняшней ночью меня пристрелили, мисс Хейли. Вам понятно? В деле участвуют полдюжины мужчин. И еще мисс Линдсей. А нас только двое. Соотношение не в нашу пользу.

Эдди улыбнулась.

– Да, но я не могу наблюдать за ограблением и ничего не предпринимать.

– Мисс Хейли… – вздохнул Захари.

– Не называйте меня так, – отрезала Эдди. – Я здесь в качестве мисс Хейс.

– Хорошо, мисс Хейс. Пожалуйста…

– Мистер Киттл, я не знаю цели вашего приезда сюда, но меня прислали не только для того, чтобы наблюдать за мисс Линдсей, но также чтобы выяснить, кем на самом деле являются Клэренс Лонше и Бен Морган. Их обоснованно подозревают в членстве в Ордене рыцарей «Золотого Круга». Да будет вам известно, – насмешливо добавила Эдди, – что мы считаем их ответственными за организацию нескольких актов саботажа против правительства, в результате чего погибли люди. Не говоря уже о краже золота и серебра с рудников. Лонше и Морган обвиняются также в шпионаже, следствием которого стали два крупных поражения Союза в стычке с конфедератами.

– Я прекрасно знаю об этом, мисс Хейс.

– И не хотите ничего предпринимать.

– Это мой приказ.

Эдди отвернулась от него и направилась к лошадям.

– Так вы идете со мной, мисс Хейс? – спросил Захари, взяв в руки поводья.

– Зачем? К тому моменту, когда мы доберемся туда, все уже закончится. И если мы не собираемся ничего предпринимать, зачем вообще нам идти туда? Я бы предпочла отправиться в отель и лечь спать.

– Нам необходимо выяснить, кто еще участвует в этих грабежах, мисс Хейс. Но это невозможно сделать, стоя здесь и препираясь с вами.

– Я не препиралась.

– Не надо меня дурачить, мисс Хейс.

– Сомневаюсь, что это трудно сделать, – отрезала Эдди. Ее охватило внезапное отвращение к этому человеку.

Киттл уже сидел верхом и злобно смотрел на нее.

– Если вы не хотите идти со мной, мисс Хейс, дело ваше. Но мне придется сообщить в своем отчете, что вы сочли необязательным сопровождать меня и предпочли отправиться спать.

Эдди ухмыльнулась.

– Могу поспорить, что вам это доставит немалое удовольствие, мистер Киттл. – Она вскочила на лошадь. – Все мужчины одинаковы и не выносят, если женщина доказывает, что может работать не хуже.

– Как раз наоборот, мисс Хейс. Такой отчет сильно огорчит меня. Вы показали себя многообещающим агентом, и мне будет очень жаль, если окажется, что это не так.

Эдди посмотрела на него с нескрываемой ненавистью.

– Многообещающим агентом? Какая самоуверенность, мистер Киттл! – она едва не произнесла слов, недостойных настоящей леди.

– Поспешим, мисс Хейс. Я прошу вас. Иначе мы вообще ничего не увидим. – Захари натянул поводья.

Эдди никак не могла успокоиться. Ей хотелось пристрелить всадника и ни в чем не повинную лошадь. Самодовольный нахал! Пусть отправляется обратно в Вашингтон!

– Итак, мисс Хейс?

Эдди заставила себя улыбнуться.

– Я готова, мистер Киттл.

Трэвис заставил своего Коршуна идти в ногу с лошадью Сюзанны.

– Какого черта ты здесь делаешь, Сюзанна? – прошептал он. – Ты же сейчас должна находиться в салуне и давать свое последнее выступление.

– Тот же вопрос я могу задать тебе. Ты столько времени дурачил меня, расспрашивая о моих связях с Орденом рыцарей. Но оказывается, ты их лидер в Вирджиния-Сити. И у тебя общие дела с Лонше и Морганом. – Она покачала головой. – Боже, какая я дура.

– Сюзанна, прекрати немедленно. Все совсем не так, но сейчас я не могу объяснить тебе этого. Возвращайся в город.

– Я не могу.

Трэвис посмотрел на нее взглядом, в котором смешались раздражение и подозрительность.

– Что значит «не могу»?

– Сюзанна, – раздался голос Клэренса, подъехавшего сзади. Он впервые назвал ее настоящим именем в присутствии Трэвиса. – Когда мы доберемся до места, не отходи от меня ни на шаг.

– Нет, она будет со мной, Лонше, – возразил Трэвис.

– Я так не думаю, – обозлился Клэренс.

– Она будет со мной, – повторил Трэвис.

– Ну что ж, – улыбнулся Лонше. – Как хотите. – Он пожал плечами и добавил: – Я лишь подумал, что должен побеспокоиться о Сюзанне.

Трэвису не понравились его последние слова. С каких пор Лонше стал таким уступчивым? Зачем ему надо, чтобы Сюзанна находилась рядом? Внезапно Трэвис понял: Клэренс Лонше ведет двойную игру. И ему не нужны лишние свидетели. Правая рука Трэвиса непроизвольно потянулась к кобуре.