— Тут есть сложности. Я как раз хотел сказать, будь у меня время! Среди прибывающих магов есть адепт Тьмы. Без Меча ты перед ним беззащитен, если он поговорит с тобой, ты не сможешь устоять, и мне придется отбиваться черт знает от кого, потому что сам перепрятать Меч я не в силах.

— О, Господи! Я в полном дерьме.

— Не унывай. Они поняли, что ты им не по зубам и на время оставят тебя в покое, будут ждать своего могущественного союзника. Подождем и мы. Ночью я смогу что-нибудь предпринять.

В затхлой темноте каменного мешка я совершенно потерял чувство времени.

Ослепленное зрение рождало фантомы: перед глазами проплывали изменчивые тени, россыпи разноцветных искр, темные точки и яркие пятна. Чем сильнее я пытался вглядываться в детали, тем стремительнее кружился призрачный хоровод. Наверно, так и сходят с ума. Когда резь в глазах стала невыносима, я плюнул на все, на ощупь нашел место посуше, и постарался заснуть.

Как ни странно, сон пришел, а вместе с ним — видения, такие же странные и тревожно-загадочные, как и события яви.

Я не могу сказать, когда начался сон — по началу мне снились темнота и тишина.

Потом появилось ощущение пустоты, вернее — огромной пустой залы, стены были безнадежно далеки, а своды — высоки, я стоял в центре, под ногами был теплый песок. В этом месте было что-то знакомое, казалось, мелькни хоть лучик света — и я узнаю, где нахожусь. Это было почему-то важно — понять, что это за место, здесь должны были быть сводчатые каменные арки, грубо отесанные стены и неровный пол гигантской естественной пещеры. Она виделась мне подобием Канализации — огромная каменная труба, но откуда-то всплывали детали — резьба на уровне человеческого роста, горгульи-часовые около арок, сверкающие прожилки руды в черном монолите.

На мгновение образ всплыл в сознании. Как вспышка, мелькнуло прозрение и, не задержавшись, погасло, оставив неприятное беспокойство.

Я НЕ ДОЛЖЕН БЫЛ БЫТЬ ЗДЕСЬ.

Сон стремительно превращался в кошмар. Рядом со мной в темноте находилось что-то, и это что-то было огромно. Оно заняло собой почти всю пещеру, я знал, что оно движется во мраке, чувствовал, как оно близко.

И вдруг в ожившей темноте передо мной открылся глаз. Огромный золотистый глаз рептилии, казалось, он висит в пустоте, потому что представить себе такое большое существо я не мог. Должно быть, он светился изнутри. Я разглядел мельчайшие детали — сетку кровеносных сосудов, слабые пульсации зрачка, а потом глаз медленно моргнул.

Я отпрянул прочь и… проснулся.

Крабат утверждал, что снаружи только-только стемнело, хотя, по моему мнению, могло пройти уже три дня.

Мы готовились к прорыву.

Я пытался со слов Крабата понять планировку нижних этажей каземата, точность и быстрота действий могли иметь принципиальное значение.

По коридору кто-то прошел и я вздрогнул.

— Это обход, он проходит каждые час — полтора, кроме них на нижних ярусах никого нет, — успокоил меня призрак.

— А сколько им потребуется времени, чтобы сюда добежать?

— Минут пять — десять, я думаю, если они вообще заинтересуются шумом. Им придется ориентироваться на слух, местные сторожевые заклятья я погасил.

— Что худшее из ожидаемого?

— Расслабься! Максимум — ты свернешь не туда и тебе набьют морду.

— Ну, отлично.

— Главное — скорость, нигде не останавливайся. В колодец прыгай смело: там внизу вода, глубина — локтей шесть или больше, одно из немногих мест Канализации, используемое по назначению. Пара секунд падения — и ты в безопасности.

— Я там не задохнусь?

— Да брось ты! Вода проточная, воняет там даже меньше, чем здесь! Погоди минутку…

Призрак исчез и почти сразу появился снова.

— Стража устроилась в караулке, режутся в карты. Дадим им пару минут расслабиться, не так резво будут бегать.

Мы сидели в темноте и тишине, на этот раз я буквально кожей чувствовал, как пробегают секунды.

— Пора! — решительно заявил Крабат, я пригнулся и пару раз глубоко вздохнул.

Дверь с грохотом распахнулась в коридор, звякнул об пол сорванный засов, почти в тот же момент я вылетел наружу и, мигом сориентировавшись, стремглав помчался по узким проходам, отталкиваясь на поворотах от стен.

Система проходов и камер не возводилась по плану, похоже, она была построена гораздо позднее, чем надземная часть здания, и теперь довольно широко раскинулась под территорией королевского парка. Меня интересовало то место, где собранные по всем камерам нечистоты сливались в подземную речку, текущую по трубам Канализации. Крабат утверждал, что сточный колодец не охранялся и не запирался. Интересно почему?

Вид этого места вполне соответствовал моему понятию о застенках — закрытые двери, заплесневелые стены, редкие чадящие факелы. Почти у самой цели коридор спрямился, по бокам вместо дверей пошли толстые железные решетки.