Наконец, Филат свернул к крыльцу, на которое падала полоска света из-за полуоткрытой двери. С широкой вывески ухмылялся поросенок, сидевший в котле. Ниже, мелкими значками, выведено название: «Полный котел». Кобылка послушно остановилась, и Аля зевнула. Спать, только спать! Ужин — на фиг.

Ратники придерживались другого мнения и, пока Талем с Филатом договаривались с хозяином, заинтересованно принюхивалась к просачивавшимся с кухни ароматам. Аскар не поскупился, отправил в Росвел шестерых воинов, не считая Тимса. Для мирного небольшого городка — более чем достаточно. Половина из них были старыми знакомыми — Филат, Атен, Ильм — и Аля, не стесняясь, снова зевнула.

Зычно позвал Филат, и девочка с удовольствием слезла с седла. Кобылка довольно тряхнула головой — она тоже устала. Аля ухватилась за перила: после стольких часов скачки колени подогнулись, стоило очутиться на земле. Спать, спать и спать.

…Едва только рассвело, как Талем и Филат отправились к купцу Демску. Наверняка выдернут из постели, думала Аля, зябко кутаясь в свежем утреннем воздухе. Везли деньги и бумаги, подтверждение подданства. Ребят не взяли, как те ни просили.

— Сами подумайте: если вы хотите искать тут Дарла, то нужно иметь возможность спокойно оставаться в городе, — втолковывал Талем. — Значит, необходимо уладить дело с убийством стражи и доказать ваше подданство Отину. Вот как Демск съездит с бумагами к сэту, так и гуляйте на здоровье.

Ильма отрядили нанимать карету: ни Лера, ни Антон не умеют ездить верхом.

Аля пристроилась на подоконнике и смотрела сквозь мутное стекло на улицу. У коновязи понуро стояла тощая лошадка. На крыльце сидел раб-пацаненок и вполглаза присматривал за конягой. Ему хотелось спать, но хозяин бдил и уже раз оттаскал мальчишку за ухо.

С утра посетителей было мало. Ильм оплатил завтрак, и еду принесли в гостевые комнаты, но почти никто к ней не притронулся. Девочка подышала на стекло и вывела на запотевшем пятачке: «Алеш…». Дальше писать оказалось негде, и она быстро затерла буквы. За все время по улице проехали только двое бэров — один зевал, другой хмуро поглядывал по сторонам, — мужик на телеге, опасливо озиравшийся кругом — ему следовало бы выбрать черную сторону, а не ошиваться в приличных кварталах — да четверо всадников, сословие которых Аля не определила.

Наконец из переулка вывернула карета в сопровождение ведуна и ратников.

— Едут! — девочка слетела с подоконника.

Лера казалась слишком спокойной, Але даже хотелось крикнуть: «Все закончилось! Ты на свободе!» Глядя на нее, вспоминалась сказка про Марью-искусницу, как та говорила равнодушно: «Что воля, что неволя — все равно». Машка всем улыбалась, неуверенно трогала новую одежду и пугливо поглядывала на незнакомцев. Только она одна умела бояться, улыбаясь. В конце концов, Талем выгнал посторонних из комнаты, оставив только Тимса, и девочка расслабилась. Антон сдержанно со всеми поздоровался, словно с момента побега не прошло и пары часов.

Все происходящее напоминало Але приезд дальних родственников из какой-то безрадостной страны. Хозяева неловко и виновато суетятся, не знают, что и как сказать, устраивают поудобнее, подсовывают лучшие куски. А гости еще не пришли в себя после дороги, и хотят одного — чтобы их оставили в покое и дали отдохнуть. Но так поступать невежливо, вот они и выдавливают ответы на беспрестанно сыплющиеся вопросы. Если успевают вставить словечко, конечно.

Талем посмотрел на это дело и решительно отправил всех по комнатам.

— Дайте им прийти в себя! Поговорим за обедом, хорошо?

Лера кивнула с еле скрытым облегчением, посмотрела на ведуна: в ее светло-серых глазах теплилась благодарность. Талем учтиво наклонил голову, словно перед дочерью сэта. Влад вышел из комнаты первым, и Маша проводила мальчика сочувственным взглядом.

Уже в малой гостиной Аля глянула на всех растерянно:

— Они не спросили про Даня! Видели, что его нет — и не спросили…

— Может быть, знают, — предположила Сима, пристраиваясь в уголке дивана.

— Ребята, у меня к вам просьба, — Славка остановился посреди комнаты. — Пожалуйста, не говорите, что я это сделал.

Аля сжала губы. Вот так, сначала решил отправить Даня, а теперь — не говорите.

— Ну, что я убил раба, чтобы меня приняли в гильдию, — продолжил Славка, опустив голову. — Пожалуйста.

— А я думал, ты про Даня молчать просишь, — сумрачно глянул на него Влад.

— Я такого никогда не попрошу! Даже если они после этого со мной разговаривать не захотят, так что ж… я ведь виноват.

У Али мелькнуло по краешку сознания: все стали считать, что это Славка отправил Даня на смерть. А про то, что остальные промолчали, — как-то быстро забыли. Да и откуда вообще они могли знать про Волков?!

Уличный шар висел как раз на уровне второго этажа, освещая комнату. Алька смотрела на качавшиеся на стене тени от веток, прислушивалась к сонному дыханию девчонок и маялась. Вот оно — сбылось, освободили. Только вышло все как-то не так. Думала, будет легко и свободно, как в Золотой роще, но, увы… Может быть, потому, что пришлось вспомнить все случившееся после побега и выслушать страшные рассказы товарищей, оставшихся в рабстве? Лера говорила очень коротко, но Але хватило фантазии, чтобы представить, как все происходило.