Шрифт:
Я отключил связь и закрыл глаза. Я мог разбудить Уайрмана, спросить, нет ли телефонного номера Илзе в его маленькой красной книжице, но интуиция подсказывала, что время поджимает.
— Я могу это сделать, — сказал я себе, но без особой надежды.
«Разумеется, вы можете, — согласился со мной Кеймен. — Какой у вас вес?»
Я весил сто семьдесят четыре фунта — немного потолстел по сравнению с обычными ста пятьюдесятью фунтами[79/68 кг]. Эти цифры возникли перед моим мысленным взором: 174150. Поначалу все красные. Потом пять стали зелёными, одна за другой. Не открывая глаз, я схватил огрызок карандаша и записал их в блокнот: 40175.
«И какой номер вашей карточки социального страхования?» — спросил Кеймен.
Номер возник из темноты, ярко-красные цифры. Четыре стали зелёными, и я добавил их к уже нацарапанным в блокноте. Когда открыл глаза, увидел, что записал: 401759082 — криво, косо, цифры пьяно сползали вниз.
Всё было верно, номер я узнал, но одной цифры не хватало.
«Не имеет значения, — сказал Кеймен у меня в голове. — Кнопочные телефоны — роскошный подарок забывчивым. Если абстрагироваться от всего и набрать первые девять цифр, то десятую вы наберёте правильно без всяких проблем. Это мышечная память».
Надеясь, что он прав, я вновь включил «ЛИНИЮ 1», набрал код Род-Айленда, потом 759–082. Мой палец никаких сомнений не испытывал. Нажал на последнюю цифру и где-то в Провиденсе зазвонил телефон.
vi
— Ал-ло?.. Это… хто?
На мгновение я подумал, что всё-таки ошибся с номером. Голос в трубке раздался женский, но его обладательница была старше моей дочери. Намного. И определённо находилась под действием снотворного. Но я подавил желание пробормотать: «Извините, неправильно набрал номер», — и закончить разговор нажатием соответствующей кнопки. «Голос звучал устало», — сказала Пэм, но, если я сейчас говорил с Илзе, голос звучал не просто устало — моя дочь вымоталась донельзя.
— Илзе?
Не отвечали мне долго. Я уже подумал, что в Провиденсе кто-то бестелесный отключил связь. Вдруг осознал, что потею, да так сильно, что ощущал запах собственного пота, как сидящая на дереве мартышка. Потом до меня донеслись те же слова:
— Ал-ло?.. Это… хто?
— Илзе!
Тишина. Я почувствовал, что она собирается положить трубку. Снаружи ревел ветер и грохотал прибой.
— Мисс Булочка! — завопил я. — Мисс Булочка, не смей класть трубку!
Вот это её проняло.
— Пап… уля? — В разорванном надвое слове слышалось дикое изумление.
— Да, милая… он самый.
— Если ты действительно папуля… — Долгая пауза. Я мог видеть, что она стоит на кухне, босиком (как и в тот день в «Розовой малышке», когда смотрела на рисунок куклы и плавающих мячей), опустив голову, с падающими налицо волосами. Сбитая столку, на грани помешательства. И вот тут я начат ненавидеть Персе даже больше, чем бояться.
— Илзе… мисс Булочка… я хочу, чтобы ты выслушала меня…
— Скажи мне мой ник. — В голосе звучала шокирующая хитрость. — Если ты мой настоящий папуля, скажи мне мой ник.
И я осознал, что если не скажу, она положит трубку. Потому что на неё что-то во действовало. Пудрило ей мозги, давило, опутывало сетями. Только не что-то. Она.
Ник Илзе.
В тот момент я не мог вспомнить и его. «Вы можете это сделать, Эдгар», — заверил меня Кеймен, но Кеймен умер.
— Ты не… мой папуля, — произнесла совсем запутавшаяся девушка на другом конце провода и вновь собралась положить трубку.
«Воспользуйтесь ассоциациями», — спокойно посоветовал Кеймен.
«Разве так, — подумал я, сам не зная почему. — Разве что, если что, если так, раз…»
— Ты не мой папуля, ты — она. — Голос звучал натужно, Илзе словно накачали наркотиками, у неё никогда не было такого голоса. — Мой папуля мёртв. Я видела это во сне. Прощ…
— Раз так! If so! — прокричал я, не тревожась о том, что могу разбудить Уайрмана. Начисто забыв про Уайрмана. — Твой ник — If-So-Girl!
Долгая пауза на другом конце провода.
— А дальше?
Я подумал: «Музыка, скрипичный ключ, клавиши, клавиши пианино…»
— Восемьдесят восемь. Твой ник — If-So-Girl88.
Вновь пауза, долгая-долгая. Казалось, она тянулась целую вечность. Потом Илзе заплакала.
vii
— Папуля, она сказала, что ты мёртв. И я поверила. Не только из-за сна. Потому что позвонила мама и сказала, что Том погиб. Мне приснилось, что тебе стало совсем грустно, и ты вошёл в Залив. Мне приснилось, что подводное течение подхватило тебя, и ты утонул.