Оссейон и Торгстед, стоя спина к спине, сражались как бешеные. Внезапно Оссейон поскользнулся на окровавленном камне и тяжело упал на колено, неуклюже пытаясь защищаться поднятым вверх мечом. Его яростно атаковали. Когда из рук Оссейона выбили меч, великан, поднявшись с колена, бросился на противника уже без оружия. Таллия задержала дыхание. Оссейон обречен. Однако каким-то образом тому удалось ухватить противника за ногу. Тот направил меч вниз, пытаясь поразить Оссейона, а великан отбивался от клинка голыми руками.

Торгстед, справившийся со своим соперником, ринулся к другому солдату. Тот обернулся, и в этот миг Оссейон схватил его за ноги и с силой швырнул наземь.

Стоя на мостике, Таллия смотрела вниз. Бой еще не кончился. Внизу было полно солдат Иггура, сражавшихся с остатками защитников города.

Оглянувшись, Таллия увидела, что Торгстед еле передвигался, да и Оссейон был не намного лучше.

— Пошли! — взревела она, срывая плащи еще с двух врагов.

Несмотря на сопротивление жителей Туркада, войска Иггура все же проникли в Старый Город. И теперь голос Таллии зазвенел в неожиданно наступившей тишине. Ее спутники накинули плащи, Оссейон взвалил Мендарка на плечо и побежал к лестнице.

Таллии было невыносимо видеть, как гибнут люди в абсолютно безнадежном сражении.

— Я подам сигнал о капитуляции, — закричала Таллия, вырывая рожок у мертвого горниста.

Она сыграла три восходящие и три нисходящие ноты — это был тот сигнал, который до сих пор казался немыслимым. Звуки горна еще не стихли, а они уже неслись по ступенькам вниз. Впереди — ворота крепости. Плащи помогли им пробраться сквозь неприятельские войска к воротам, на несколько шагов опередив толпу. Должно быть, к Торгстеду пришло второе дыхание: его меч работал, как ткацкий челнок, когда он прикрывал их отход. Таллия и Оссейон с Мендарком на плечах заскочили внутрь, Торгстед за ними — ворота захлопнулись, тяжелые засовы были немедленно задвинуты. Они в безопасности, пока враг не атакует их вновь. Однако поражение неизбежно. Иггуру хватило двадцати минут кровопролития и ужаса, чтобы сломить оборону Старого Города.

Таллия не могла преодолеть чувство, что их предали — что враг знал совершенно точно, где искать Мендарка. И она догадывалась, кто именно виновен в измене.

Мендарк все еще не мог оправиться от контузии. Вокруг него царила паника. Осадные орудия Иггура методично превращали стены крепости в груду булыжников.

— Мендарк, ты должен меня выслушать! — заорала Таллия. — Среди нас предатель.

Мендарк отвернулся. Таллия потрясла его:

— Послушай! Иггуру были известны планы обеих армий. Ему было известно, что ты в башне один. Не говори мне, что это совпадение. Всего пять человек знали об этом: ты, я, Орстанда, Хенния и Беренет.

— Нет! — возразил Мендарк. — Это не мог быть Беренет.

— Взгляни правде в глаза.

— Нет!

— Тогда кто же? Я? Орстанда…

Снаружи снова донесся оглушительный треск. Стены крепости содрогнулись. Им не продержаться и дня.

Прихрамывая, вошел Беренет. Его одежда превратилась в лоскутья, и он был в крови, но, по-видимому, не ранен.

— Где тебя черти носили? — резко спросила Таллия, уверенная, что он разыгрывает спектакль. — Мендарка чуть не захватили. Предполагалось, что ты занимаешься южной стеной.

Он проигнорировал ее.

— Я был на восточной стене, Магистр, — обратился он к Мендарку, тяжело дыша. — Пришлось взять на себя командование. Все твои офицеры мертвы.

— Да? — воскликнул Мендарк. — Ну что там?

— Мы упорно сражались, но все пошло прахом. Больше никому не удалось спастись. Мне жаль!

— Как удобно, — пробормотала Таллия себе под нос.

— Тогда ступай, — устало махнул рукой Мендарк. — Собирайся. Через час мы уходим.

Беренет коротко кивнул и, запахнув свои лохмотья, покинул комнату. Мендарк застонал, подавленный своим неминуемым поражением и всем тем, что было с этим связано.

— Как больно оставлять мой город вот так. Ты себе не представляешь, как это больно.

Таллия понимала, как ему тяжело. Мендарк тысячу лет был Магистром и все это время жил в Туркаде. Она подождала минуту, потом заговорила снова:

— Мы должны бежать, тогда мы сможем сражаться за город.

— Дай мне еще немного времени. У меня есть кое-какие дела, которые нужно сделать до того, как мы отправимся в путь.

— Какие дела?

— Дела, которые являются долгом Магистра! — отрезал он. — Удостоверься, что Орстанда и Хенния готовы, — Совет непременно должен бежать в любом случае. А теперь ступай!

Таллия занялась своими собственными неотложными делами. Несколько раз она сталкивалась с Мендарком. Тот, прихрамывая, расхаживал по крепости. Он опирался на трость. Вид у него был ужасный. Около полуночи они снова встретились в библиотеке.